Я скосила ухо в сторону.
— Если выберу, то насколько сильно это мне навредит в будущем?
— Ты же только что согласилась, что не знаешь, каким оно предстанет.
— Согласилась, но, несмотря на это, я в любом случае буду волноваться, что всё может пойти не так!
Крупье сухо усмехнулся.
— Уж не знаю, благоразумие заставляет тебя так смотреть на вещи, или ты просто не в духе.
— И то и то.
— Ну, если уж я даю тебе небольшую подсказку, почему бы тебе не взять несколько карт?
Я вздохнула. Может быть, он оставит меня в покое, если я вытяну проклятую карту. Моё копыто заскользило над развёрнутой веером колодой.
— Эта, — сказала я, почувствовав знакомое тепло в своём копыте, проведя им над картами. Крупье положил её передо мной.
На карте были нарисованы руины города на обрыве скалы. Я никогда не видела такого города как этот. Я могла разглядеть пару, парящих рядом, хищников и зелёный луч дезинтегрирующей пушки, струящийся вниз с их стороны. Только с вершины самого высокого здания обречённого города лился одинокий свет. Я нахмурилась.
— «Башня»? — спросила я, читая название внизу карты.
— «Башня». Выбирай ещё.
Вновь, моё копытце заскользило над распростёртой колодой карт. Я почти дошла до конца, когда вновь почувствовала тёплую. Крупье перевернул её. Флаттершай сидела у ручья в сумерках, и единственная звезда светилась в небе, давая карте её имя: «Звезда». Я взглянула на Крупье в поисках объяснения.
— Ещё одну, — сказал он.
Вздыхая, я нашла последнюю карту в середине колоды. На удивление простая карта, с кьютимаркой принцессы Селестии. Снизу было написано «Солнце».
— Ладно, я сыграла в твою игру. Что всё это значит?
— Всегда одни вопросы. Разве сама загадка не достаточная для тебя награда?
— Крупье… — я только что поняла с кем пытаюсь спорить. — Хорошо, проехали, ты дал мне набор карт. Моё копыто чувствовало тепло от всех них. Я просто возьму подсказку и пойду.
— Меня забавляет, что я продемонстрировал тебе стандартную форму предсказания, которую пони когда-то использовали, чтобы узнать будущее, и, видимо, я наткнулся на единственную кобылу во всём мире, которая ни черта об этом не знает.
— Я никогда про это не читала! — пискнула я. — Да и духи, и мистицизм, и всё подобное никогда не были моей специальностью. Я врачеватель душ. Это всё что я знаю. Сломленные пони и как им помочь.
— А бытие врачевателем по-твоему не включает в себя долю мистицизма? — спросил Крупье, нагибаясь ко мне настолько близко, что я смогла почувствовать его могильное дыхание. — Очень забавно, что пони вполне охотно списывают всё на магию, но как только дело доходит до духов, то для вас это всё становится «странным», — сказал он со своей ужасной улыбкой.
Я нахмурилась, ведь он был прав.
— Ладно, хорошо. Похоже ты меня подловил.
— И это всё, что я хотел услышать от тебя, — сказал он, наклонив свою шляпу, перед тем как раствориться в прохладном ночном ветре.
* * *
На следующее утро Сэнделвуд отвела меня в сторону.
— Треноди, я бы хотела, чтобы Каледония тебя осмотрела, — сказала она, понижая голос настолько сильно, что я едва могла её услышать. — Ты знаешь, меня заботит твой аппетит, но я бы хотела точно знать, что с тобой не происходит ничего другого.
Я нахмурилась.
— Она ведь не будет меня тыкать и колоть, как делала Триаж? — спросила я, не особо радуясь визиту к ещё одному доктору.
Сэнделвуд потрясла головой.
— Нет, я просто хотела выдать тебе твой пип-бак, и попросить её измерить его показания. Никаких тычков. Никаких уколов. Просто посмотрим, что покажет биомонитор.
Я бросила на неё сомнительный взгляд.
— И всё? — спросила я, прищурившись.
Сэнделвуд вздохнула.
— Есть вероятность, что тебе понадобятся прививки. Леденец будет достаточной взяткой? — поддразнила она, глядя на меня серьёзно, в то время как её эмоции ярко бурлили под молчаливой внешностью.
Я закатила глаза.
— Нет, но накинь Вишнёвую Спаркл-Колу и я подумаю.
Может быть оттого, что она хотела, чтобы я набрала вес. Может быть из-за моего надутого выражения, когда я сказала, что подумаю, но свою колу я получила.
Дони и Драй Клин проделали великолепную работу переделав старый магазин трав в клинику. Там где раньше были прилавки и пыльная мебель теперь стояли операционные столы и разделительные шторы, которые аликорны нашли Селестия знает где. Одна из шторок была декорирована старыми, рваными тряпками с вышитыми космическими кораблями и звёздными узорами. Довольно чистый и ухоженный мишка с повязкой на голове сидел в кресле. Его вид вызвал улыбку на моём лице, когда я поняла, что скорее всего это была идея Глиттер Бомб. Она хотела, чтобы Дони отвела отдельный уголок в клинике для малышей.