Я опустила взгляд в чашку и тихо ответила.
— Да, я тоже хотела бы пережить снова все моменты. Особенно самые яркие и безумные. С этим трудно спорить.
Мы оба улыбнулись.
И вечер продолжился так же спокойно, как начался: без напряжения, без лишних слов, просто в дружеском тепле, которое неожиданно оказалось именно тем, что мне было нужно.
Я вышла из квартиры уже тогда, когда вечер окончательно растворился в ночи.
Дверь закрылась за мной тихо, почти бесшумно, и я на мгновение задержалась, словно давая себе ещё одну секунду перед тем, как снова раствориться в холоде улиц.
На улице было тихо.
Не пусто — именно тихо, так, что слышен был каждый мой шаг, каждый слабый шорох одежды, каждый вдох. Фонари отбрасывали бледный свет на мокрый асфальт, и город казался немного чужим, отстранённым.
Я шла медленно, не торопясь, просто позволяя ногам вести меня вперёд. Мимо проплывали тёмные окна, редкие машины, безразличные силуэты домов. Ветер касался лица холодными пальцами, и от этого становилось только яснее то странное чувство, которое с каждым шагом тянуло меня дальше.
Я не думала, куда иду.
И всё же ноги сами привели меня туда, где улица становилась тише.
Я остановилась, когда впереди показался пустующий одинокий дом.
Он стоял немного в стороне, потемневший, молчаливый, с тёмными окнами, за которыми не горел ни один огонёк.
В его неподвижности было что-то тяжёлое, почти забытое. Дом выглядел так, будто когда-то в нём жили, смеялись, спорили, ждали кого-то у окна — а потом всё это просто исчезло, оставив после себя только стены и тишину.
Я замедлила шаг, а потом вовсе остановилась.
Долго смотрела на него, не двигаясь.
В груди стало тесно и больно одновременно.
Взгляд сам собой наполнился той самой грустью, которую я не умела прятать, когда оставалась наедине с собой. В этом доме было что-то до боли знакомое — не сам дом, а ощущение утраты, пустоты, времени, которое проходит мимо и ничего не возвращает обратно.
Я стояла молча, опустив руки вдоль тела, и просто смотрела.
Смотрела с тоской, которую не нужно было объяснять.
В каком-то окне дрогнул отражённый свет далёкой машины, и мне вдруг показалось, что дом на миг ожил, словно вспоминая себя прежнего.
Но это длилось всего секунду.
Потом снова осталась только тишина.
Я ещё немного постояла, чувствуя, как холод медленно пробирается сквозь пальто, как ночь становится глубже, а сердце — тише.
Потом я медленно отвела взгляд.
Развернулась и пошла обратно.
Туда, откуда пришла.
Не оглядываясь.
Глава 72
Утро на кухне началось без передышки.
Едва я успела надеть фартук и убрать волосы под сетку, как поток заказов уже начал расти.
Кухня гудела.
Голоса перекликались коротко и резко, металлическая посуда звенела о столешницы, из кастрюль и сотейников поднимался густой пар. Воздух быстро стал горячим и плотным, пропитанным ароматами специй, сливочного соуса, жареного мяса и свежей зелени. Всё смешалось в одно непрерывное напряжение, в котором нельзя было позволить себе ни секунды передышки.
Я стояла у плиты, быстро двигаясь от одной сковороды к другой, и чувствовала, как жар поднимается к лицу.
На лбу выступил пот, и я коротким движением тыльной стороны ладони смахнула его, даже не замедляя работы.
— Лилиан, четыре заказа на горячее! — бросили через кухню.
— Поняла, — ответила я, не поднимая головы.
Руки двигались почти автоматически.
Один соус — помешать.
Второй — довести до нужной густоты.
Мясо — перевернуть в нужную секунду.
Гарнир — не пересушить.
Овощи — снять вовремя, пока они сохраняли и цвет, и текстуру.
Заказ за заказом проходили через мои руки, и каждый требовал моей полной сосредоточенности.
Пар поднимался клубами, оседал на коже, на ресницах, на стеклянных крышках. Иногда я почти не видела, что происходит вокруг, потому что кухня превратилась в нескончаемый ритм: ножи, сковороды, команды, шаги, звон посуды. Всё сливалось в один напряжённый, почти оглушающий поток.
Я поставила очередную тарелку на раздачу и тут же потянулась за новой. Пальцы были горячими, плечи напряжёнными, но останавливаться было нельзя. Здесь не было места усталости, только работе.
— Срочно, стол двадцать пять! — снова прозвучал голос.
Я коротко кивнула и потянулась к следующей сковороде.