Лицо покраснело — то ли от удушья, то ли от вида.
— Чёрт… — выдавил он, откашлявшись. — Лилиан…
Я стояла, скрестив руки, с лёгкой улыбкой.
— Что? Не нравится?
Он вытер рот тыльной стороной ладони, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
— Нравится. Слишком. Очень даже.
Продавщица в стороне деликатно отвернулась, пряча улыбку.
— Беру этот, — решила я, поворачиваясь к зеркалу. — И, кажется, твоя реакция — лучший комплимент для меня.
Дэниел только покачал головой, пытаясь восстановить дыхание.
— Ты… невыносима.
— Знаю, — подмигнула я и вернулась в примерочную.
Сердце стучало быстро.
Игра становилась опаснее.
Глава 26
Мы вышли из торгового центра, и солнечный свет был таким ярким, что я прищурилась, спрятавшись за очками. В пакете покачивалась покупка, о которой мы теперь оба тактично молчали.
Я решила не давать паузе затянуться.
— А поехали в кино, — сказала я, оглянувшись на него.
— Нет, — сразу отрезал Дэниел, даже не глядя.
— Почему это нет?
— Потому что я устал, — буркнул он.
— Ты? Устал? Да не смеши меня— я фыркнула. — От того, что просто сидел и пил воду?
Он бросил на меня взгляд сбоку, сдерживая улыбку.
— Знаешь, это было довольно стрессово.
— Тем более! Просмотр кино — идеальный антистресс.
— Нет.
— Да!
— Нет.
— Да-а-а! — я подпрыгнула у него перед глазами, буквально вставая на носки. — Пошли, ну пожалуйста! Один фильм! Только один!
Я закатила нижнюю губу и хлопала ресницами.
Он остановился, закатил глаза, явно борясь между усталостью и тем, что я выглядела слишком довольной собой.
— Лилиан…
— Даа? — улыбнулась я, наклоняясь ближе.
— Ты невозможна. Ты знаешь это?
— И всё же очаровательна. Как раз для кино.
Он выдохнул, сложив руки на груди.
Пауза.
— Ладно. Но только на один фильм.
— Победа! Ура! — торжественно воскликнула я и схватила его за руку, не давая передумать. — И я выбираю жанр!
— Только не романтика. А то боюсь меня вырвет на пол.
— Ну тогда уж точно романтика, — сказала я, сияя.
Он покачал головой, но уголки его губ всё же дрогнули.
— Ты знаешь, как меня добить, — пробормотал он, открывая ей пассажирскую дверь.
— А ты знаешь, как меня отвлечь, — ответила я, садясь в машину и улыбаясь ему сквозь стекло.
Мы вошли в кинотеатр, поспешно купили билеты на ближайший сеанс.
Я даже не посмотрела название — главное, чтобы был большой экран и сладкий попкорн с карамелью.
— Надеюсь, это не очередная супергероика, — пробормотала я, усаживаясь в кресло.
— Главное, чтобы не мелодрама, — парировал Дэниел, устраиваясь рядом и закидывая руку на спинку кресла позади меня.
Свет в зале погас.
Экран ярко засветился.
Я откинулась, готовая к обычному фильму.
Но буквально через двадцать секунд стало ясно — «обычным» это не будет.
Музыка… была подозрительно томной.
Камера крупным планом скользила по голым телам в полумраке.
А потом — такие сцены, что я едва не выронила стакан с напитком.
— Эм… — выдохнула я, распахнув глаза. — Это… это что вообще?!
Дэниел уже не сдерживался.
Он запрокинул голову и громко рассмеялся.
Настоящим, заразительным смехом, от которого у меня загорелись уши.
— Серьёзно?! — прошипела я, хлопнув его по плечу. — Мы пришли на фильм для взрослых?!
— Похоже, что да! — выдохнул он сквозь смех. — Ты же выбирала сеанс! Какая шалунишка ты оказывается. А с виду такая приличная. Но я оценил твой вкус на фильм. Не сказать что я шибко удивлен. Смотри.
Он показывает на экран.
— Вчера ночью я точно так же засовывал....
Я остановила его.
— Я просто кликнула на первый свободный! — прорычала я, чувствуя, как румянец заливает лицо.
— Ну что ж, теперь придётся досмотреть, — ухмыльнулся он, откинувшись в кресле и явно наслаждаясь моей реакцией.
Я резко отвернулась к экрану, но глаза всё равно непроизвольно расширялись от каждой новой сцены. Вот она встает в позу лотоса, а впереди он и...
— Никогда больше не доверяй мне выбор фильмов, — простонала я, закрыв лицо руками.
— О, с этим согласен, — смеясь, сказал он. — Но, признаю, первое свидание ты организовала запоминающееся.
— Так у нас было свидание? — я усмехнулась.
Но прежде чем он отреагировал на мои слова.
Я ударила его локтем, но сама уже смеялась. И в этом смехе было всё — смущение, азарт и ощущение, что между нами точно что-то началось или зарождалось.