— Ты сидела всё это время дома? — спросил он с лёгкой иронией, закинув длинные ноги на стол, закатывая глаза.
— Ты ведь даже не удивляешься? — ответила я, стараясь избегать серьёзного тона.
— А разве могу? — пожала я плечами, как бы презрительно показывая, что мне не жалко, что он остался без меня.
Всё это заканчивалось очередной пустой недоумённой улыбкой, но внутри меня уже имелся шрам. И только спустя время я поняла, как ранения могут стать частью твоего лица — нежной, но израненной кожи, которая пытается держать в себе всю грусть и расставания.
Спустя несколько дней после той ужасной встречи я вернулась к жизни, полной быта и дежурных забот. Я выстраивала свой день так, что всё происходило будто по нотам — с утренним кофе на кухне, прогулками с подругами и незабытые занятия спортом. Из меня старалась выжить ту девушку, которая когда-то горела надеждой и жаждой к жизни.
Но чем больше я пыталась заставить себя забыть о Дэниеле, тем труднее становилось.
Даже простые вещи вызывали во мне рождённые воспоминания. Я вспоминала его поцелуи, смеющиеся глаза и голос, который звучал как музыка моего сердца. Мне хотелось отыскать его среди толпы, прижать к себе, упрямо переживая в голове тот переломный момент, когда всё изменилось.
И вот в один из таких дней, когда я гуляла по ярким осенним паркам, практически очищая свои мысли от ненужных тревог, я заметила его.
Он шёл с ней.
Моя подруга наконец-то согласилась встретиться после работы, и я не ожидала увидеть его лицом к лицу в таком ужатом и напряжённом состоянии.
Дэниел шёл рядом с теми самыми блестящими волосами и той самой игривой улыбкой, которая когда-то принадлежала только мне, когда он был только моим.
Как же это было безжалостно.
Он поступал жестоко.
Я замерла, когда мои глаза зафиксировались на них.
Высокая девушка с лёгкой походкой, светлые волосы, встретились с тёмными глазами Дэниела.
Я почувствовала, как внутри меня задремало болезненное чувство.
Я видела, как он смеялся, как её обнимает, и как его рука касается её плеча. Казалось, что этот момент уже кристаллизовался в безвремени.
Сволочь, подумала я.
Что он за человек, если продолжает делать это, несмотря на то, что было между нами?
Я ведь его жена.
Мы женаты!
Мне хотелось подойти к ним и просто кричать.
Я готовилась обернуться и уйти в тот самый момент, как его взгляд случайно встретился с моим. В ту же секунду мир замер, а вокруг нас будто расползся невидимый барьер. Он замешкался, как будто смог увидеть в моих глазах всю ту боль и унижение, которые меня терзали.
И вот она, моя настоящая душевная борьба, разразилась внутри меня.
Я долго ждала, когда меня затопит безразличие к этой утраченной любви, но каждый раз её слова вновь возвращали меня к исходной точке, как морская волна, стирающая следы на песке.
Дэниел мог бы просто сказать мне правду, но он выбирал играть в обман.
Мой вздох стал тяжёлым.
Я вновь злилась на себя за то, что не могла заставить его вернуть мне надежду.
Скоро она уйдёт, я мысленно напоминала себе.
Скоро он обернётся и бросит ей последний взгляд.
Но здесь обманчивость действительности начала эскалировать.
Дэниел не отходил от неё, как будто его существование зависело от каждого её движения. В ту же секунду, на которую я надеялась, он простит себя, посмотрев на мои безжизненные глаза — его пальцы просто обвили её талию сильнее.
Сложные чувства возникли вновь, словно предвещая бурю. Я знала, что внутри меня создавались трещины, которые невозможно срастить. И это влекло за собой страх — страх, что не смогу простить, не смогу любить так, как это было прежде.
По дороге домой я снова шла в полумраке.
Я не могла избежать его прикосновения, его губ, момента, когда он так легко смеялся с ней.
Я прятала улыбку за маской безразличия, хотя кровь бурлила в жилах от поиска ответа на вопрос, как я могла оказаться в таком ужасном и унизительном треугольнике.
Дом встретил меня неуютной тишиной.
Дом, как странно говорить это слово.
По сути моим домом был Дэниел.
А теперь...
Я очутилась в этом мире памяти, в котором не должно было быть места для лжи. Теперь, когда реальность навалилась за одну ночь, как незримый песок, готовый засыпать всё вокруг, мне было невозможно найти выход.