Кульминация 1: Кан Тэ резко развернулся к Соа. В его глазах, обычно таких контролируемых, пылала не холодная расчетливость, а дикая смесь ярости за нее, отчаяния и чего-то первобытного, неконтролируемого. Он забыл про контракт, про пункты, про время. Он видел только ее широко распахнутые от шока карие глаза, ее побелевшие, дрожащие губы, немое унижение, застывшее на милом лице.
Он видел Наын и ее злобную, торжествующую ухмылку. И он действовал.
Одним стремительным шагом его атлетическая фигура сократила расстояние. Его руки схватили ее за плечи — не для лучшего обзора, а твердо, почти больно, впиваясь пальцами в тонкую ткань платья. Он наклонился. Быстро. Решительно. Его лицо, резкое и напряженное, заполнило все ее поле зрения. И прежде чем она успела осознать происходящее, прежде чем он сам, кажется, понял, что делает, его губы – теплые, чуть шершавые – грубо, с отчаянием прижались к ее губам.
Это был не поцелуй. Это было столкновение миров. Горячее, влажное, неловкое.
Вкус его дыхания, смешанный с легким ароматом его одеколона. Шок ударил Соа током, парализуя тело. Она не оттолкнула его, не ответила — просто замерла, глаза распахнуты до предела, полные непонимания и чистого ужаса, тело одеревенело. Кан Тэ тоже застыл на секунду, его губы все еще прижаты к ее неподвижным, холодным. В его широко открытых глазах мелькнуло мгновенное замешательство, почти испуг – "Что я наделал?" – но было поздно.
Они оторвались друг от друга почти одновременно. Соа инстинктивно прижала тыльную сторону ладони к губам, как будто пытаясь стереть след, дрожа всем телом. Кан Тэ отшатнулся, лицо мертвенно-бледное под смугловатым оттенком кожи, дыхание сбитое, грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на нее, с растерянностью ребенка, разбившего что-то бесценное, потом на Наын, чьи глаза ликовали, потом на толпу, застывшую в немом, оглушительном шоке. Ни звука. Ни шепота. Только мерцание фонариков и глухой, нарастающий гул крови в ушах.
Граница между игрой и реальностью была не просто нарушена — она была разорвана, уничтожена этим нелепым, огненным, публичным прикосновением. Игра закончилась. Началось нечто новое. Страшное и необратимое.
Нож в Спину
Шок от поцелуя висел в воздухе тяжелым, неловким облаком. Соа отпрянула, ее пальцы все еще прижимались к губам, где горел след его прикосновения – словно клеймо.
Кровь стучала в висках, заглушая остатки музыки. Кан Тэ стоял перед ней, бледный, потерянный, с растерянным, почти испуганным выражением на обычно таком уверенном лице – выражением, которого она у него не видела никогда.
– Я... я... — начал он, голос сорвался, глухой и хриплый.
Наын залилась ядовитым, триумфальным смехом.
– Ого! Вот это страсть! Хотя... — она притворно поднесла руку к губам, — больше похоже на панику, не находите?
Ее слова, как камень, разбили ледяную тишину. Шепот перерос в гул, волна обсуждений, смешков и осуждающих взглядов накрыла Соа. Унижение, жгучее и всепоглощающее, подкатило к горлу. Уйти. Сейчас же.
– Отличный трюк, Кан Тэ, — выдохнула она, стиснув зубы так, что свело челюсти, чтобы голос не дрогнул. Сарказм – последний щит. Последняя броня. — Особенно эффектно. Думаю, Оскар тебе обеспечен. Она бросила на него быстрый взгляд – полный боли, гнева и ледяного презрения.
Она резко развернулась и буквально врезалась в толпу, пробивая себе путь, чувствуя его растерянный, преследующий взгляд у себя в спине.
Найти его. Объяснить. Выяснить, ЧТО ЭТО БЫЛО. Но не здесь. Не на глазах у всех. Не в этом аду.
Она искала его повсюду: у пустого спортзала, где эхо усиливало ее шаги; в темных, безлюдных коридорах; у главного входа, залитого холодным светом фонарей. И нашла... у стенда с традиционными чусокскими сладостями, почти опустошенного. Он стоял спиной к ней, разговаривая с Ли Минхо, своим ближайшим другом. Его плечи были напряжены, голова чуть опущена. Соа уже хотела подойти, но что-то в его позе, в расслабленном жесте руки, держащей тток, в интонации остановило ее.
Сердце екнуло. Она прижалась к холодной кирпичной стене, слившись с тенью, затаив дыхание.
– Ну и цирк устроил, брат — усмехнулся Минхо, запихивая в рот большой кусок рисового пирога. — Наын конкретно загнала тебя в угол. Но этот поцелуй... эпично! Народ в шоке! — Он хлопнул Кан Тэ по плечу.