— Я каждый день стараюсь превзойти себя вчерашнюю, — взмахнула рукой Громова.
— И это получается, — улыбнулся Варламов.
— Игнат, познакомьтесь, — положила руку на плечо Агате, — Агата Сергеевна Хмелева — невеста моего сына и талантливый следователь. Агата, а это и есть настоящий волшебник в области ювелирного дела — Варламов Игнат Филиппович.
— Очень приятно, Агата Сергеевна.
— Взаимно, Игнат Филиппович.
— Так, значит, я могу вам быть чем-то полезен? Колье, серьги, браслет?
— Кольцо, — вздохнула.
— Опять кольцо? Все то же? — подмигнул Громовой.
— Да, — подтвердила Агата.
— Проходите, садитесь, — пригласил вглубь своей мастерской.
Тут было довольно уютно, как дома. Судя по всему, Варламов много времени проводил за работой.
Агата с Дарьей Матвеевной сели на небольшой диванчик в центре комнаты, перед которым стоял круглый деревянный столик.
— Чай? Кофе?
— Нет, спасибо, — отказалась Агата.
— Мы ненадолго, — добавила Дарья Матвеевна.
— Да, к тому, какая вы неуловимая, я уже привык, — сдержанно улыбнулся. — Так какой у вас сегодня ко мне вопрос? — сел напротив в кресло.
Агата достала из рюкзака свой блокнот, открыла его и взяла два фото. Протянула их ювелиру. Первое — фото кольца из статьи с рукой Агафоновой, а второе — из помолвки, на котором кольцо на руке Валерии.
— Возможно, вам мой вопрос покажется глупым, но… Вы можете сказать, на этих фотографиях оригинал или подделка? — и тут же достала из рюкзака еще и реплику.
— Хм… — улыбнулся Варламов, взяв в руки фото.
Он смотрел на снимки, затем на вещдок. Взял лупу. Изучал кольцо очень внимательно.
— Конечно, многие коллеги засмеют меня за такую экспертизу, но я все же осмелюсь допустить, что оригинал на обеих фотографиях.
— Да? — переспросила Агата, немного расстроившись.
— Утверждать могу процентов на семьдесят. Все же фото подвергались обработке, — развел руками. — Мне жаль, если огорчил вас.
— Нет, все нормально, — собралась Агата. — Игнат Филиппович, как вы думаете, куда мог деться оригинал? Все-таки украшение дорогое, узнаваемое…
— Я понимаю, о чем вы. Конечно, глупо такое изделие переплавлять, но мы не можем и этот вариант отбрасывать. Как по мне, это худший вариант. Продать кольцо трудно, но возможно. Да, неофициально на подпольных аукционах у нас или за границей. Кольцо уйдет приблизительно за половину его реальной стоимости, но, согласитесь, это выгодно и покупателю, и продавцу.
— Какой бы ни был вариант, нам нужно попытаться его отследить, — задумалась Агата.
— Если кольцо переплавили, это не так и просто. Но я бы не тратил на эту версию много времени и внимания. Кольцо украли не гопники в подворотне. Произведена подмена, и очень качественная, — взял в руку реплику, с интересом разглядывая.
— Да, я понимаю, что имеем дело не с дилетантами, — кивнула Агата. — Честно, просто не понимаю пока, с какой стороны начать распутывать этот клубок. Как понять, где может всплыть это кольцо?
— В открытом доступе вы такую информацию точно не найдете. О черных аукционах знают только избранные.
— И как попасть в круг этих избранных?
— По-разному попадают. Коллекционеры, готовые платить любые деньги и закрывать глаза на то, как добыт предмет их интереса… С ними связываются нужные люди. И эти люди не обязательно где-то прячутся. Я вам больше скажу. Иногда быть на виду даже выгодно. Например, если ты владеешь галереей и устраиваешь международные выставки, можешь спрятать краденое полотно среди экспонатов галереи и вывезти за границу.
— Это как? — нахмурилась Агата. — Наверно, должен быть какой-то список…
— Все верно. По списку все четко, но в одной раме две картины, — развел руками Варламов. — Или вот еще случай был лет так пятнадцать назад. Выставка, посвященная защите экологии. Вроде благородное дело. Экспонаты изготовлены из подручных материалов, сломанных вещей, использованных упаковок и прочего мусора. Надо сказать, некоторые работы были очень интересны и с глубоким смыслом. Но, как оказалось, истинная цель выставки крылась в другом — вывезти за границу ценную вещь. Среди мусора был спрятан настоящий клад! Золотой гребень, который покрасили черной краской и замаскировали под дешевку. Его вместе с копеечными брошками, рваными бусами наклеили на полотно и взяли в рамку. Если бы экспозиция вернулась без него, никто бы и не заметил.