— У тебя все нормально? — спросил, заводя двигатель.
— Да, все в порядке.
— А это кто? — кивнул едва заметно на Титова.
Тот так и стоял у входа в управление. Курил, не сводя глаз с машины Громова.
— Да так, — поджала губы. — Мы с ним совместно ведем дело об антиквариате. Титов — племянник генерала Ковалева.
— Ясно.
— А что? — прищурилась, уловив намного больше в интонации, чем в этом одном слове.
— Ничего. Никогда его раньше не видел. Просто любопытство, — с улыбкой ответил Вадим, отъезжая от управления.
* * *
— Салат с креветками и пасту с морепродуктами.
Как вчера и собирались, сегодня пошли на открытие нового ресторана.
— Десерт? — уточнил Вадим.
— Я еще подумаю.
— Хорошо.
— Пойду пока руки помою.
— А я дождусь официанта и сделаю заказ, — улыбнулся.
Убедившись, что Агата его уже не видит, взял телефон и написал начальнику службы безопасности:
“Титов. Племянник генерала Ковалева”.
Ответ от безопасника пришел незамедлительно:
“Понял. Все узнаю”.
Вадим довольно улыбнулся, отложив телефон обратно на стол. Приятно иметь дело с профессионалами.
Глава 27
— Доброе утро! — поздоровался Громов, входя в приемную.
— Доброе утро, Вадим Андреевич! — улыбнулась секретарь Марта.
— Доброе утро! — встал с дивана Василенко.
Если безопасник с самого утра уже ждет его, значит, есть что сказать по вчерашнему заданию.
— Идем, Паша, — кивнул на свой кабинет.
— Принести вам кофе? — спросила секретарь.
— Нет, спасибо. Ты будешь? — спросил у безопасника.
— Только что пил.
Громов кивнул и толкнул дверь в свой кабинет.
— Я так понимаю, ты с новостями? — спросил, снимая пальто.
— Да.
— Садись, рассказывай. Что удалось узнать? — и сам сел за стол.
Василенко занял кресло напротив.
— Титов Виктор Андреевич. Тридцать восемь лет. Майор. Изначально пошел в адвокаты, но ненадолго. Занимался делами, связанными с экономическими преступлениями, контрабандой, а последние несколько лет — антиквариатом, — начал излагать сухие факты Павел. — Поднимался по карьерной лестнице и рос в звании быстро. Даже слишком.
— Дядя — генерал, — развел руками Громов.
Павел согласно кивнул и продолжил:
— На его счету несколько резонансных дел, которые он блестяще «раскрыл», — показал кавычки пальцами в воздухе, — но там больше вопросов, чем ответов. Свидетели меняли показания, доказательства всплывали в последний момент. Классическая схема подтасовки.
— Любит манипулировать, продавливать,— задумчиво заметил Вадим.
— Да. Причем не только фигурантов дел, а и коллег тоже. Считает, что цель оправдывает методы. И идет к цели напролом. С начальством вежливый, с подчиненными — жесткий. Иногда даже слишком.
Вадим нахмурился, постучал пальцами по подлокотнику.
— А что с Агатой? — спросил, не глядя на Павла.
Тот на секунду замялся.
— Официально — ничего, — ответил наконец. — Она руководит своим расследованием, а Титов ведет свое, но сейчас их объединяют в одну группу. Кроме Агаты в группе будет Миша с Семеном. Руководителем назначают Дубова, хотя изначально Титов рассчитывал, что главным станет он.
Павел замолчал, но Громов уловил недосказанность в его тоне.
— Говори, Паша, — глянул исподлобья Громов.
— Агате он дифирамбы поет, — качнул головой.
— Я в ней уверен, — сказал так, что сразу ясно: в эту сторону не стоит и разговор начинать.
После всего, что они вместе пережили, верность Агаты — последнее, в чем мог бы усомниться в этой жизни. Хотя нет, даже в последнюю очередь не усомнился бы. Они оба пережили предательство, чуть не погибли… Нет, Агата — не та женщина, которая способна на подлость.
— Да я и не о том, — махнул рукой Василенко. — Титов — еще тот лис. Если он улыбается — это не значит, что он не держит камень за пазухой. Если он с чем-то соглашается — это не значит, что не сделает по-своему. Если нахваливает и восхищается — это не значит, что не подставит.