- Я тоже привык так думать о своем отце. – Да, в этом мы были похожи.
– А как так вышло, что твоя мама уехала во Францию, а ты осталась здесь?
- Мама всю жизнь заботилась обо мне, и нам часто не хватало денег. Поэтому она не смогла отказаться от неожиданно поступившего ей выгодного предложения работать зарубежом. Ну а я уже тогда мечтала о большой сцене и не хотела ничего менять в своих целях.
Когда я замолчала, то обнаружила, что танец прекратился, и мы стояли на месте, просто обнявшись. Сколько бы я на него не ворчала, рядом с ним я все равно чувствовала приятное умиротворение, когда он выключал в себе все эти звериные повадки самца-хищника.
– А что на десерт? – спросила я, предлагая тем самым Валерию вернуться к столику. Волшебная атмосфера слишком затянулась, и это было неправильно.
Валерий
На ее лице появилась такая детская непосредственность, когда нам принесли десерт из орехов и фруктов, политых соусом из взбитых сливок. Она сразу решила отдать ему должное, и я с улыбкой наблюдал, как она измазала свой нос в креме. По-моему, она сделала это намеренно. А потом, весело смеясь, она макнула палец в массу взбитых сливок и дотронулась им до моего носа, пачкая и меня в сладком. Такой я ее еще не видел. И такая Анжелика чертовски мне понравилась.
- Ты решила, что я недостаточно сладкий? – шутливо пожурил я, наслаждаясь ее весельем.
- Ты сладкий до приторности! До тошноторности! – она продолжала смеяться.
Вступая в ее игру, я тоже макнул палец в крем и мазнул им по ее щекам.
- А вот ты еще недостаточно, - усмехнулся я. – Получай! - Я поднес палец с порцией сливок к ее губам. Она не заметила, как послушно его облизала своим горячим язычком в порыве веселья. А я тут же ощутил волну жара, прокатившуюся по всему телу. Все мыщцы свело от напряжения. Я еще долго буду припоминать этот эпизод. Сегодня в душе – точно.
***
Мы покинули ресторан после десяти часов, выйдя в прохладную безлунную ночь. Шофер открыл нам заднюю дверцу машины, и мы расположились на сиденье почти вплотную друг к другу.
– Как ты провела вечер? – поинтересовался я, протягивая руку вдоль спинки сиденья и заключая девушку в своеобразные объятия.
– Все было чудесно, – отозвалась она. – Сегодня ты вел себя вполне… мило.
– Правда? По–моему, я был чересчур тактичен. Может, исправим эту оплошность? – мой взгляд скользнул по ее лицу и остановился на губах.
– Давай оставим все, как есть, – предложила она, догадавшись, что я намекал на поцелуй.
– Ладно, – поразительно быстро согласился я. – Отложим это до лучших времен.
«Остолоп! – завопил в следующий момент внутренний голос у меня в сознании. – У тебя был прекрасный шанс поцеловать ее, ведь сегодня волшебный вечер!»
Я мысленно согласился с ним, но удобный момент для поцелуя был уже упущен, чего не случалось никогда прежде. Что за чертовщина?
– Завтра в театр? – спросил я спустя несколько минут.
– Да. Режиссер сказал, что они начали репетицию новой оперы без меня, так что мне придется наверстывать упущенное.
– Надеюсь, этот труд принесет тебе удовольствие.
– О, несомненно. Я уже соскучилась по своей работе.
Глава 25
Глава 25
Анжелика
Мое возвращение на театральную сцену было встречено бурным ликованием. Виккентий Петрович сказал, что репетиция новой оперы продвигалась с трудом без присутствия ведущей сопрано. Я, глубоко тронутая его словами, приступила к репетиции с поразительным энтузиазмом. И словно бы благодаря моему воодушевлению, другие артисты тоже окунулись в работу, испытывая душевный подъем.
Я без устали проработала на подмостках оперы два часа, когда в зрительный зал вошел мужчина и занял кресло в партере. Я сразу узнала в нем своего фиктивного мужа и стала недоумевать, с какой стати он нагрянул посреди репетиции. Встретившись со мной глазами, Валерий приветливо улыбнулся.
– Это случайно не твой муж? – спросила у меня молодая танцовщица, с жадным любопытством рассматривая пришедшего.
Заметив странный блеск в глазах девушки, я твердо сказала: