***
– Это, наверное, твое, – произнесла я, указывая Валерию на небольшую коробку.
Праздник закончился и, проводив гостей, мы поднялись в спальню, где я обнаружила коробку в красочной обертке, лежавшую на кровати.
– Ну да, это подарок от Алисы, – Валерий взял коробку и принялся безжалостно избавляться от упаковки. Она сказала, что подарок будет ждать меня в комнате.
– Она же уже подарила тебе фирменную ручку.
– Да, но тот подарок был лишь для отвода глаз, как она сама сказала. А этот, должно быть, она выбирала с особой тщательностью специально для меня.
«Ну прямо, как я», – подумала я, вспомнив проблему с выбором галстука.
Заинтригованная, что же такое могла подарить Алису, я заглянула в коробку через плечо Валерия.
Он извлек из коробки боксеры в красное сердечко и от души расхохотался. Впереди имелась аккуратная вышивка в виде буквы «А», означавшая, без всякого сомнения, имя Алисы, которая с любовью выполнила этот шов.
– Оригинально, – равнодушно пробормотала я, не разделяя с Валерием его восторг по поводу подарка.
Он приложил трусы к бедрам и вопросительно взглянул на меня, ожидая услышать мое мнение. Я только открыла рот, чтобы сказать, что он выглядит чертовски глупо, но тут в комнату заглянула мама, имевшая дурную и совершенно неистребимую привычку не стучаться в дверь.
– Вот это да! – воскликнула она, окинув лукавым взглядом подарок Алисы, который Валерий по–прежнему прижимал к себе. – Обалденно! Тебе очень идет! «А», как я понимаю, это «Анжелика»!
– Разумеется, – улыбнулся Валерий и весело подмигнул мне, на которую благодаря случайному совпадению навешали лавры за чужую вышивку. – Она большая выдумщица!
Я вспыхнула, но заставила себя улыбнуться. Эта ситуация с нелепыми трусами вызвала ужасное чувство неловкости.
– Тебе повезло, что имя Алисы начинается с той же буквы, что и твое, – сказал Валерий, когда мама ушла.
– Мне повезло, что она не решила вышить свое имя целиком, – мрачно отозвалась я. – Вот тогда хлопот было бы выше крыши!
– Однако все обошлось, и вечер удался на славу, – подытожил Валерий. – И если бы не я не застал тебя, виснущей на шее у этого болвана, я был бы просто счастлив в свой день рождения.
– Мы с Димой просто разговаривали. Я всегда веду себя крайне осторожно, а вот от твоей сумасбродной подружки можно ожидать подвоха в любой момент! Мне она совсем не нравится. Можно узнать, где ты подцепил ее?
– Да в каком-то баре.
– И ты говорил, что она просто поджружка и ничего серьезного к ней не испытываешь?
– Что-то вроде того.
– Ну сама Алиса сказала мне, что вы уже обсуждали планы о свадьбе.
– О свадьбе?! – Валерий был искренне удивлен. – Она это точно выдумала. – Он рассмеялся. – Алиса просто ревнует. И очевидно, у нее несколько иные представления о наших отношениях. Да и вообще я не готов к браку.
– Наверное, это все из–за твоей работы. Ты только и делаешь, что разлучаешь людей.
– Да, какой я плохой мальчик! А ты бы хотела, чтобы я был священником, соединяющим сердца влюбленных святыми узами брака? – Валерий усмехнулся.
– Ты не похож на святого.
– Да, и тебе следует иметь это в виду.
Валерий медленно стянул галстук с воротника и, поигрывая им, обратился ко мне:
– Знаешь, мне понравился твой подарок. Пожалуй, буду носить его не снимая.
– Рада, что мне удалось угодить тебе, – отозвалась я. – Но, конечно, мой скромный галстук не идет ни в какое сравнение с подарком твоей невесты.
– Пожалуйста, не расстраивайся: твой галстук не так уж и плох. Но я хотел бы узнать, подарила ли ты его от всей души или же ты просто была вынуждена изображать любящую жену?
– Я подарила тебе галстук от души, но если ты не отстанешь от меня с расспросами, я тебя им задушу, – отозвалась я с наигранной озлобленностью. – Накину, как лассо, и затяну!
– Лассо обычно накидывают на диких жеребцов, – заметил Валерий. – Если хочешь, давай поиграем, – он бросил мне галстук, и я его поймала, немного сбитая с толку. – Я буду мустангом, а ты постарайся возомнить себя амазонкой.