Я знала, что сейчас он меня поцелует. И я не хотела ему противиться. Валерий Швецов, этот самый непредсказуемый и удивительный мужчина, полностью овладел моим сознанием и парализовал волю. На какой–то момент я ощутила восхитительное предвкушение счастья, но тут же следом в душу прокралось странное чувство тревоги, как только быстрый нежный поцелуй закончился.
Как хороша была прогулка! То, что происходило здесь и сейчас. Вдали от Москвы, вдали от всей суеты, которая нас окружала в последнее время, вдали от фарса и притворства. В эти два дня все происходящее, все чувства и слова, все было настоящим, неприторным, искренним. Валерий был совсем другой, и я была совсем другая, свободная и счастливая. Он вел меня в этом мире чувств, а я покорно следовала за ним. Что нас ждет по возвращении?
– Теперь ты расскажи что-нибудь про себя, – попросил Валерий.
– Что ты хочешь знать?
– Мне интересно все, что связано с тобой. Ну, например, можешь рассказать мне, как ты смогла попасть на большую сцену и в одночасье стать такой знаменитой. Я читал парочку твоих интервью, но ты всегда уходила от подробного ответа. Была ли это случайность или за всем этим стоят годы упорных тренировок?
– На самом деле и то, и другое. Я поступила в Московскую государственную консерваторию на вокальный факультет, имея за плечами среднее профессиональное музыкальное образование. И поскольку мне нужны были средства, чтобы платить за аренду квартиры и питание, я подрабатывала репетитором по музыке и вокалу. Но всегда мечтала петь. На четвертом курсе я устроилась вокалисткой в ресторан, выступала там трижды в неделю, то соло, то вместе с ребятами из студенческой группы, которые тоже были полны надежд сделать музыкальную карьеру.
– Уверен, что кто-то из них не упустил возможности приударить за тобой.
– Нет, – рассмеялась я. – Мы всего лишь дружили в рамках своей профессиональной деятельности и были слишком увлечены музыкой.
Я решила не упоминать, что примерно в это же время познакомилась с Максимом. Он не имел отношения к рассказу о моей карьере, поэтому про эти события я умолчала.
– Что ты исполняла? – с интересом спросил Валерий, ожидая продолжения.
– В основном, попсу и джаз. Конечно, это был не совсем тот репертуар, о котором я мечтала, но выступать в ресторане перед какой-никакой публикой доставляло мне удовольствие. Это было дорогое приличное заведение, атмосфера в нем была соответствующая, владельцы были любителями живой музыки и постоянно придумывали новые музыкальные развлечения. Я сотрудничала с ними на постоянной основе. Пробовала я как-то петь в прокуренном рок-кафе, но после первого же раза отказалась от этой затеи. И вот однажды в один из вечеров, когда я пела в ресторане, ко мне подошел один человек и похвалил мое исполнение. Он сказал, что у меня большой потенциал и мне не стоит ограничивать себя такими незначительными выступлениями и песенками низкого пошиба. Он протянул мне свою визитку и сообщил, что через две недели в Большом театре планируется прослушивание для исполнителей в хоре. В общем, это был Виккентий Петрович. Итак, в хор меня взяли без проблем, и я оказалась там, куда всегда мечтала попасть – в Большом театре. И на данном этапе роль солистки в хоре меня вполне устраивала. Я пела в хоре примерно полгода, втайне представляя себя исполнительницей главных партий. Полагаю, что все солистки хора мечтают об этом. Но это было недостижимо. Примадонной в то время была Лидия Стриженова, знаменитая на весь мир. Очень сильный голос, живая игра и несравненный талант во всем.
– О нет, я не верю, что существуют в мире исполнительницы талантливее тебя, – возразил Валерий.
– Благодарю за высокую оценку, но это не так, – смущенно рассмеялась я.
– Рассказывай дальше. Мне очень интересно.
– Лидия знала цену своему таланту, поэтому в один прекрасный день заявила, что не будет выступать у нас в следующем сезоне. Ее пригласили во Францию. Виккентий Петрович был в бешенстве, он просто рвал и метал, ведь впереди планировались две важные премьеры. Поэтому после ухода Лидии, он пригласил в труппу новую исполнительницу для главной роли в «Евгении Онегине». Ее звали Тамара. Ей было уже за тридцать, она была достаточно опытная, но чаще всего ей доставались вторые роли. Это был ее шанс показать себя и стать новой примадонной Большого театра. Но она не оправдала ожидания Виккентия Петровича, на каждой репетиции он был жутко недоволен. Я хорошо помню тот день, когда все и случилось. Очередная репетиция, начавшаяся с раннего утра и продолжавшаяся до позднего вечера.