– Уйди, – недовольно буркнул он во сне и повернулся на другой бок.
– Я хочу поговорить с тобой, – тихо произнесла я, но он никак не отреагировал на мои слова, пребывая в стране своих приятных сновидений. – Мне хочется так много сказать тебе. Раньше я так старательно избегала мыслей об этом, но сейчас я чувствую такую боль на сердце от того, что это чувство живет во мне и не имеет возможности найти выход. Знаешь, я ощущаю всю себя такой живой, когда ты находишься рядом и обнимаешь меня. Благодаря тебе, моя черно-белая жизнь наполнилась радужными красками. Да, это любовь. Я люблю тебя. И я так давно мечтала о такой любви, чтобы она делала меня по-настоящему счастливой. Я поняла, как важно, чтобы кто-то был рядом. Мне показалось, что рядом с тобой я могу выражать себя эмоционально. Мы с тобой такие разные, но восполняешь те черты, которых недостает мне. А еще ты даешь мне какую-то силу, Валерий, и ты, ты и никто иной, самая подходящая мне противоположность.Сначала мне казалось, что я тебя просто использовала в своих целях, но теперь все изменилось. Ты играл роль моего мужа, но сейчас я хочу, чтобы это не было игрой. И, кажется, я готова принять все твои недостатки вместе со всеми достоинствами. В общем, теперь я люблю в тебе все. Даже твою усмешку, даже твою светлую шевелюру, которую поначалу по каким–то глупым предубеждениям ненавидела. Валерий, ты меня слышишь?
В ответ раздался сладкий храп. По всей видимости, Валерий пропустил мимо ушей все только что сказанные слова, которые шли из самой глубины моего любящего сердца.
Я тихо вздохнула и устроилась на кровати рядом с ним. Это была репетиция. Я поговорю с Валерием завтра, сразу, как только проснется. Неважно, как он отзовется на мои чувства, в любом случае я больше не могла держать в себе то, что уже окончательно созрело во мне.
Глава 35.1
Анжелика
Яркий свет солнечных лучей, пробившихся сквозь шторы, разбудил меня. Я медленно потянулась с сонной леностью, но в следующий миг в моем сознании словно зазвонил невидимый колокольчик, извещавший о чем–то важном. Я тут же резко села на кровати и посмотрела на другую половину кровати, на которой вчера заснул Валерий.
Но в следующую секунду я испытала глубокое огорчение – Валерия здесь уже не было.
Я поняла, что должна сказать ему про свой выбор, который сделала немедленно, прямо сейчас. Наспех набросив шелковый халат, я бросилась к двери.
Но едва схватившись за дверную ручку, я остановилась и посмотрела на свое отражение в зеркале. Взлохмаченные волосы, припухшие глаза, криво запахнутый халат. Нет, разве можно предстать перед Валерием в таком виде и говорить с ним о столь важных вещах?
Я тут же устремилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Процедура утреннего туалета заняла у меня пятнадцать минут, после чего я быстро накинула на себя легкий сарафан, еще раз взглянула в зеркало и, на сей раз оставшись довольна, вышла из спальни.
Вся моя душа неудержимо стремилась к Валерию. Я предположила, что сейчас он завтракает или сидит в гостиной, уткнувшись в телефон, или, быть может, играет с Цезарем в саду.
Я была во власти такого небывалого возбуждения, что сердце у меня стучало так, словно я только что совершила стометровую пробежку на максимальной скорости.
Я спустилась в гостиную: нет, Валерий не читал здесь ничего в телефоне – зато здесь Люмьер развалился в кресле.
– Доброе утро, Анжелика! – приветствовал он меня.
– Доброе, – улыбнулась я и дальше направилась в сторону кухни.
Валерия здесь тоже не оказалось, но зато мама стояла возле плиты и жарила блинчики.
– Привет, мама.
– Анжелика, ты уже встала? Ты как раз вовремя, завтрак почти готов. Садись за стол.
– Спасибо, я поем позже. Ты не видела Валерия?
– Да, он только что наспех проглотил кофе и уехал по каким-то важным делам. Просил передать, что скорее всего вернется только вечером.
Возбужденное настроение тут же пошло на убыль, и появилась печальная подавленность с оттенком тоски, тревоги и даже отчаяния. Я почувствовала, как в груди возникло ощущение тяжелого давящего камня на сердце.
Ждать до вечера?!Мне показалось, что легче умереть, чем протерпеть весь день, не выпуская свою любовь на волю.
Может быть, он еще не успел уехать?» – мелькнула у меня мысль, и я устремилась к выходу, понимая, что вела себя как влюбленная девочка–подросток. У меня было такое сильное предчувствие, что я должна во что бы то ни стало открыть свою сердце Валерию, а то потом может быть поздно.