– Но все же я не теряю надежду, что однажды ты позволишь мне войти в твою жизнь. Анжелика, ты для меня – все на свете, я жду тебя, помни об этом, пока будешь завоевывать Италию.
Он взял мою руку в свою, крепко сжал, а затем приложил ладонью к своей груди, туда, где билось его сердце.
– Это любящее сердце принадлежит только тебе.
– Я буду тебе звонить, – отозвалась я, не зная, что ему еще сказать в ответ на его слова.
***
Италия – страна Ренессанса и Барокко – встретила меня своим жарким летом. Я была рада оказаться в этой стране, бережно хранящей культурное наследие древних римлян. Гоголь и Достоевский, Горький и Шаляпин, Бенуа и Врубель приезжали сюда в поисках вдохновения. Вот и мне представился замечательный шанс проявить свое творчество.
Я прилетела в аэропорт, где меня должен был встретить один из теноров театральной труппы «Ла Скала». Долго искать его мне не пришлось, почти сразу я заметила в толпе молодого итальянца, который держал табличку с моим именем.
– Buongiorno! – приветствовала его я, немного владевшая итальянским языком.
– Здравствуйте, Анжелика! – с широкой улыбкой отозвался итальянец почти на чистом русском языке, восхищенно глядя меня. – Меня зовут Фабрицио. Добро пожаловать в Италию! – он забрал у меня тяжелый чемодан.
– Вы так хорошо говорите на русском, – заметила я.
– Да, потому что у меня русская жена, – улыбнулся Фабрицио.
Примерно через час мы уже прибыли в гостиницу для гастролирующих артистов, расположенную недалеко от театра.
Фабрицио проводил меня до дверей комнаты, сказал, что репетиция будет в десять, что он лично заедет за мной завтра с утра, чтобы показать дорогу к театру и познакомить с оперной труппой, с которой мне предстоит работать на протяжении трех месяцев. Я поблагодарила его и подумала о том, что если и остальные новые коллеги будут такими же приятными и дружелюбными, как Фабрицио, то сезон пройдет хорошо.
Я быстро распаковала чемодан, приняла прохладный душ, а затем без сил рухнула на кровать. Вот я и в Италии. Завтра меня ждет новый блистательный богемный мир, в который я должна войти с сияющей улыбкой на лице. Как же тяжело будет мне удерживать эту счастливую маску, когда я потеряла самую большую радость своей жизни и самый главный повод для улыбок. Страдания и боль захлестывали меня, и даже мысли о скором выступлении на сцене прославленного миланского театра не могли усмирить их. Я изо всех сил заставляла себя не поддаваться терзающему душу горю, но истекающее кровью сердце не находило успокоения.
***
Следующим утром театр «Ла Скала» встретил меня с торжественной гостеприимностью.
– Вот она – наша новая звезда! Анжелика Ковалевская! – представил меня солистам директор. – Неповторимый тембр голоса, страстный темперамент и импульсивная женственность, которые пленят миллионы сердец в этом сезоне! Анжелика, мы будем очень рады работать с вами в одной команде! В чем же секрет вашей притягательности? От вас исходит какой-то таинственный внутренний свет!
Я получила главную роль в опере «Травиата», и с сегодняшнего дня начались изнурительные репетиции. Я выкладывалась изо всех сил, днем мои мысли занимала только работа, печальные мысли рассеивались в общем звучании хора, я пела и уносилась ввысь, никогда раньше музыка так не волновала меня. Но когда поздними вечерами я возвращалась в гостиницу, поднималась в свою пустую комнату, боль возвращалась, накатывала оглушительной волной, каждую ночь я безудержно рыдала в подушку. Дни, проведенные с Валерием, всплывали памяти с необычайной отчетливостью. Бывало, я целую ночь металась без сна, мучительно размышляя о последних событиях, по странной иронии судьбы вторгнувшихся в мою жизнь. Иногда мне хотелось послать «Ла Скалу» ко всем чертям, разорвать заключенный контракт, вернуться в Москву, найти Валерия, броситься ему на шею и осыпать его поцелуями! Но разум заставлял вспомнить о Диме и отказаться от подобного легкомыслия.
Я часто ему звонила, рассказывала, как проходят репетиции, о своих новых знакомых, о достопримечательностях Милана, которые успела посетить за выходные. Дима говорил, что безумно по мне скучает, и я обнаруживала, что мне тоже его недостает. Каждый раз после разговора с ним, у меня тоскливо сжималось сердце и с ностальгической силой вспоминались наши встречи.