– Если ты его любишь, то почему же ты до сих пор не пыталась вернуть его? И почему он сам не пытался спасти ваши отношения, если у него тоже были чувства к тебе? – непонимающе спросил Дима.
– Была очень веская причина, которая заставила меня вычеркнуть его из своей жизни, – ответила я, вспоминая страшные угрозы Алисы. – Мое сердце обливалось кровью, когда я прогоняла его прочь, в то время как мне хотелось признаться ему в ответной любви…
Я увидела, как гримаса боли отразилась на его лице. Слышать, что я люблю другоуго накануне свадьбы – действительно, было тяжелым испытанием, и все же он старался держаться спокойно.
– Я так понимаю, ты не можешь раскрыть мне эту причину, – проговорил он.
Я покачала головой. Если Дима узнает, что я пожертвовала своим истинным счастьем ради спасения его жизни, это окончательно сокрушит его.
Я медленно присела рядом с ним на кровать, и в комнате на несколько минут воцарилась неподвижная тишина. Поначалу мне показалось, что Дима будет рвать и метать, крушить вещи вокруг, кричать, но он был сейчас похож на сдувшийся воздушный шарик.
– Дима, мне очень жаль, – я первой нарушила гнетущее молчание. – Я натворила много ошибок, причинила боль многим людям из-за безумного чувства страха,что-то внутри меня постоянно твердило мне «ты не можешь» или «ты не должна»…
– Да, страх - самый сильный внутренний враг человека, – согласился Дима. – Но сейчас ты его победила. Ты нашла в себе силы и смелость бороться за свою настоящую любовь. Мне, конечно, очень больно терять тебя, Анжелика, но я не могу заставить тебя быть со мной против твоей воли. Ты имеешь право жить и действовать, как тебе хочется. Наверно, я сам виноват: я слишком торопил тебя, с самого начала нашего знакомства я настроился на серьезные отношения, хотя нужно было двигаться по этапам, постепенно узнавая друг друга.
– Дима, мы сможем остаться друзьями? – с тихой надеждой спросила я.
– Не знаю, – растерянно ответил он. – Я так сильно люблю тебя, что вряд ли смогу перевести свои чувства в русло дружбы. Может быть, со временем, но не сразу…
Дима слабо улыбнулся, а затем протянул мне билет, который все это время теребил в руках.
– Возьми, – сказал он, глядя на меня устало–нежным взглядом. – Это твой путь к счастью, я не встану поперек него. Пусть у тебя все получится так, как ты задумала. Мне пора. Прощай, Анжелика, – с этими словами он мягко коснулся губами моей щеки и направился к выходу.
– Дим, подожди, – я подошла к нему, взяла за руку, раскрыла его ладонь и положила на нее колечко, которое он подарил, когда просил моей руки. – Оно тебе еще пригодится.
После некоторого колебания он кивнул и убрал кольцо в карман.
– Прощай, – прошептал он и постарался улыбнуться.
– Прощай, Дима, – сказала я и крепко обняла его, уже не борясь с подступающими слезами.
Когда за ним закрылась дверь, я дала волю своим чувствам и четверть часа проплакала, уткнувшись лицом в подушку. За все это время я успела привязаться к Диме, если не как к жениху, то как к брату, и мне тяжело было сознавать, что возможно, я никогда больше его не увижу.
Глава 45
Глава 45
Анжелика
Три дня спустя
В окна московского аэропорта пробивался тусклый свет раннего холодного утра. Я стояла в очереди к стойке регистрации, держа в руках небольшой чемодан. Повсюду царили суета и толкотня, слышались нетерпеливые возгласы, туда-сюда ходили сотрудники наземного обслуживания, диспетчера то и дело объявляли вылеты, дети бегали вокруг своих родителей, предвкушая радость отдыха, а я в этот момент чувствовала себя абсолютно безмятежно. Я ощущала в необычайную внутреннюю энергию, которая наполняла меня умиротворением, она исходила откуда-то из глубин моего сердца. Атмосфера абсолютного покоя не покинула меня и тогда, когда я сидела в салоне самолета, на котором я летела навстречу любви. Однако же когда я оказалась в здании аэропорта в Анталье, мое спокойствие уступило место тревоге и напряжению. Я не знала, как меня встретит Валерий, захочет ли вообще со мной разговаривать, не успела ли другая женщина занять его сердце… Я старалась рисовать перед глазами более радужную картину, где мы бросаемсяв пылкие объятия друг друга, позабыв обо всех прошлых обидах, однако страх, что любимый человек отвергнет меня, все равно маячил где-то на заднем фоне.