Я сделала глубокий вздох, собираясь крикнуть еще раз, еще громче и пронзительнее. Голос никогда не подводил меня, неужели у него не хватит силы и мощи, чтобы призвать любовь? Неужели он не выручит в такой критический момент?! Мне с трудом представлялось, как меня может быть не слышно снизу, ведь здесь, в замкнутом помещении, должна быть хорошая акустика, которая, вероятно, лишь немного уступает акустике концертных залов.
Итак, я набрала полную грудь воздуха, но вместо того, чтобы издать оглушительный крик, я вдруг запела, запела так громко и неистово, как никогда еще не пела. «Лети, любовь, – подумала я. Мой голос отражался от стен и с каждой нотой становился все насыщеннее и обретал силу. Я поняла, что мне не нужно было кричать, когда я могла петь так, чтобы это звучало громче любого крика. Я неотрывно смотрела вниз, на Валерия, и исполняла арию из второго действия оперы «Летучий голландец». Я вспомнила, как однажды Валерий признался, что он никогда не слышал ничего прекраснее и трогательнее этой арии о любви. Я надеялась, что вместе с моим пронзительным голосом Валерий услышит и мою любовь.
«Я знаю сердца чистотою,
как я любовь хранить должна.
Лишь одному, кто избран мною,
до смерти я верна!»
Валерий
Я собрался поставить свой чемодан на весы, когда неожиданно у меня перед глазами появился образ Анжелики Ковалевской. С чего я вдруг вспомнил ее сейчас? Я уже давно старался не думать о ней, ведь она нашла свое счастье с другим мужчиной. Вроде бы как раз сегодня должна состояться их грандиозная свадьба. Наверно пройдет много лет, прежде чем я смогу вспоминать о ней без боли. Вот как сейчас ее прекрасный голос звучит у меня в голове, так он и будет звучать еще долгое время. У нее был совершенно необыкновенный голос, который завораживал меня до глубины души! Я наверно сходил с ума – мне показалось, будто она поет рядом!
Я почувствовал, как сердце гулко заколотилось.
– Анжелика… Не может быть… Я слышу твой голос, – прошептал я и обернулся на звук прекрасного голоса.
И тут я увидел ее. Она стояла наверху, окруженная ярким солнечным светом, льющимся из окон. Она пела, простирая ко мне руки. Пела только для меня, хотя умудрилась собрать целую толпу ошарашенных зрителей. Что она здесь делает, черт возьми?!
– Валерий! – крикнула она, резко прекратив петь, и устремилась вниз по лестнице, не отрывая от меня взгляда.
С ее именем на губах я тоже устремился навстречу к ней, не замечая больше никого вокруг, и совершенно позабыв о документах и своем чемодане, который остался стоять на весах возле стойки.
Преодолев разделявшее нас пространство, мы встретились внизу возле лестницы. С ликующим воплем Анжелика крепко прильнула ко мне, и обвив руками мою шею, поцеловала меня долгим, жадным поцелуем. Я почувствовал обжигающий огонь на своих губах, но до сих пор с трудом верил, что она реальна и находится в моих объятиях. Да быть того не может! Я сплю?
Вокруг нас раздались оглушительные аплодисменты и свист. Анжелика устроила грандиозное представление в аэропорту. Люди, кажется, были за нас рады. Но мы не обращали на них внимания.
– Что ты здесь делаешь? – спросил я Анжелику, нежно запустив пальцы в ее волосы. Да, она вполне реальна.
– Я приехала, чтобы сказать тебе то, что давно должна была. Я люблю тебя! Люблю тебя и не могу представить свою жизнь без тебя, потому что моя жизнь – это ты, Валерий Швецов!
– Но как же Дмитрий? – я недоверчиво взглянул на нее. – Если верить прессе, то ты должна была выйти за него замуж сегодня, если я не ошибаюсь.
– Да, должна была, но судьба, однажды сильно подставившая меня, уберегла меня от этого шага. Выйти за него замуж было бы самой большой ошибкой в моей жизни.
– Помнится, самой большой ошибкой в своей жизни ты называла меня, – с горечью вспомнил я.
– Прости меня, – тихо произнесла Анжелика. – У меня только единственное оправдание – ни один мужчина не вызывал во мне таких чувств, и я тогда просто испугалась, потому что эти чувства сделали бы меня уязвимой.
– Да, я хорошо помню твой железный самоконтроль и твое упрямство. Ты никак не хотела признаваться, что между нами существовало взаимное притяжение, и всегда держалась с подчеркнутой враждебностью. Анжелика, я не понимаю, что заставило тебя изменить мнение обо мне? Почему сейчас ты здесь и говоришь мне о любви? Как мне тебе верить? Ведь ты сказала, что наш роман был мнимым – простой сделкой для публики. Сначала я думал, что ты делала выбор между мной и своей карьерой, поддавшись на шантаж Алисы. Знаешь, когда на следующий день эта разоблачающая статья все же вышла в печать, я ждал тебя. Мне казалось, что ты отвергаешь меня, чтобы избежать скандала. Но ты не пришла – и тогда я понял, что действительно проиграл Дмитрию в этой схватке за тебя. Он умудрился заслужить твою любовь, только вот не понимаю, как он умудрился потерять ее…