- Пока, нет, ведь к хорошему быстро привыкаешь.
- Если речь о деньгах, то не волнуйся - я обязательно выплачу их в конце месяца. Если понадобится аванс, то можем обсудить этот вопрос…
- Я не требую у тебя денег.
- Не важно, я их все равно выплачу, - с этими словами я прошествовала в ванную комнату и через четверть часа вышла оттуда, переодевшись в просторную шелковую пижаму, которая состояла из штанов и рубашки; вчера мне пришлось сменить свои привычные короткие шортики из-за Валерия.
- Целомудренный наряд для целомудренной девушки, - дразнящим тоном произнес Валерий, развалившись в кресле. - Тебе пойдет на пользу, если ты перестанешь себя вести как пансионерка из монастыря.
- В моей комнате будет спать совершенно чужой мне человек, и я не намерена выставлять ему себя на показ. Ты уже дал мне понять, что иногда в твоей голове возникают не самые благочестивые мысли. Ты меня понял?
- Да, - отозвался он, и уголки его губ расползлись в странной улыбке. - Только не надо делать такое угрожающее лицо, как будто ты удав перед кроликом.
- Ты не очень похож на кролика, ведь кролики - весьма милые создания, а тебя милым не назовешь.
- Почему ты так настроена против меня? Чем я тебе не угодил, ведь я вовсе не урод и не больной.
- Дело не в этом, - тихо прошептала я.
- Тогда в чем, потрудись объяснить, пожалуйста.
Я промолчала, хотя ответ был прост: я ненавидела светлые волосы Валерия, напоминавшие мне о боли первой любви. Каждый раз, когда я смотрела на Валерия, перед глазами появлялся образ Максима, и воспоминания кинжалами вонзались в мое сердце.
Я забралась в свою постель, а Валерий улегся на матрас, постеленный на полу.
- Ты заперла дверь на ключ? – вдруг раздался в темноте его напряженный голос.
- Не помню, - ответила я.
- Вспоминай скорее, потому что я слышу шаги в коридоре… Они приближаются… - прошептал Валерий, настороженно прислушиваясь.
- Валерий, кажется, я забыла запереть дверь.
- Теперь поздно! - сказал он, вскакивая и ловко пряча матрас под кровать.
Затем он быстро запрыгнул ко мне в постель и обнял меня за плечи. Я посмотрела на него с недовольством, понимая, что вынуждена терпеть этот маскарад. Еще я успела заметить, что на нем, кроме боксеров ничего не было! Со мной под одеялом сидел полуголый парень и прижимался своими бедрами к моим. От одной этой мысли тело загудело от напряжения, а по позвоночнику пробежался электрический заряд.
Через мгновенье послышался стук в дверь и раздался голос мамы, отвлекая меня от волнующей близости мужского тела.
- Да, входи, мама, - разрешила я.
Она вошла в комнату и улыбнулась, увидев в нас ну просто идеальную пару. От нежности, проскользнувшей на ее лице, мне снова стало не по себе из-за обмана. Может быть стоит рассказать ей всю правду, пока не слишком поздно?
- Я пришла пожелать вам спокойной ночи, мои дорогие, - голос мамы так звенел от счастья, что я отбросила эту идею.
Она восхищалась увиденной картиной еще с минуту, вводя меня в очередное смущение – да, у мамы отлично получалось добавлять пороха. Когда же она ушла, я повернулась к Валерию и демонстративно указала ему рукой на пол.
- Уже прогоняешь меня? - он сощурился, скользя кончиками пальцев по моей спине.
- Твоя помощь больше не пригодится, - я нахмурилась, стараясь не обращать на ощущения, которые вызывали теплые прикосновения его руки к моей коже.
- Как жаль, а ведь я только вжился в свою роль любящего мужа, - он нарочито тяжко вздохнул. - Теперь мне придется играть роль верной собаки, спящей у ног своей хозяйки, а мне это совсем не по нраву.
- Мне тоже не по нраву, что ты меня притесняешь. Ступай на свое место! - я с усилием оттолкнула его от себя.
Засмеявшись, он сполз на пол и неподвижно распластался там.
- И будь добр, закрой дверь.
- Закрой сама, - отозвался он.
- Но тебе ближе, - отрезала я.
- Однако тебе тоже не так далеко, - отпарировал он.
- Ты просто невыносим, - процедила я сквозь зубы, отбрасывая одеяло и поднимаясь с кровати.
- А ты неженственна в этой мешковатой пижаме, - усмехнулся он, провожая меня пристальным взглядом.