- Валерий, мы же решили, что ты не идешь! – с пылом возразила я. Мы с ним еще вчера договорились, что перед началом фуршета он сделает вид, будто у него появились срочные дела и ему нужно уехать. Я не хотела, чтобы появление моего фиктивного мужа вызвало неудобные вопросы среди моих коллег. Ведь история моего «замужества» не должна была выйти за пределы этого дома.
- Ладно, - недовольно пробурчал он. – Так уж и быть.
- Ты можешь быть милым, когда захочешь, - улыбнулась я ему.
- Проблема в том, что я не хочу быть милым.
Я снова перехватила его взгляд, полыхнувший дерзким огнем. Неплохое развлечение он себе нашел, конечно, - доводить меня до ручки.
- Да, и кстати, я попросил Варю забрать твои пижамные штаны в стирку. Я видел, что у тебя в шкафу лежат нормальные пижамные шорты. Надень сегодня их, ладно?
Я его убью.
Глава 12
Глава 12
Анжелика
День премьеры всегда был волнительным. В этот день сердце билось чаще, а нервы были на пределе. Как долго все ждали эту дату, к которой самозабвенно готовились со всей труппой.
Если вы думаете, что в этот день нет репетиций, то вы ошибаетесь. Еще как есть. К полудню я обязана быть в театре. Все, кто связал свою жизнь с искусством, должны быть готовы к этому бешеному творческому ритму и служению театру.
В день выступления нужно особенно эмоционально собраться и отыграть роль на все 100%. После завтрака я попросила Валерия не путаться под ногами, пока собиралась в театр. Он заявил, что отправится выгулять своего пса и спокойно ушел, оставив меня одну.
После оперы предстоял фуршет. Я уже давно купила себе очаровательное платье, у меня все давно было продумано, чтобы выглядеть «по-премьерному».
Как говорится, перед смертью не надышишься, но я все равно решила еще раз пробежаться по текстам своих арий. Да, кстати, еще надо не забыть, что в гримерку полагается заходить с правой ноги. Ох уже эти приметы, но в день выступления все актеры соблюдали ее.
За окном раздались раскаты грома. Погода в день премьеры решила подвести. Я выглянула на улицу: небо было затянуто темными тучами, большие и тяжелые капли воды начинали падать на землю, а ветер усиливался.
Я надеялась, что к вечеру погода утихнет. Что за напасть? Что ни премьера, так бунт природы со своей симфонией звуков.
***
Я закончила с повторением арий из первого акта, когда Валерий ввалился в комнату, весь промокший от дождя.
- Ну и погодка! С неба льет как из ведра! Мне срочно нужно полотенце, - с ворчанием сказал он и прошел мимо меня в ванную.
Словно в подтверждение этих слов, в комнату ворвался пес, весь мокрый и грязный после прогулки. Не успела я на него прикрикнуть, как Цезарь по пути в ванную вслед за своим хозяином решил вволю отряхнулся, разбрызгивая грязные капли: брызги попали на ковер, покрывало и, что самое ужасное, на мое персиковое вечернее платье, отглаженное и разложенное на кровати поверх чехла.
Мои глаза расширились при виде чудовищного разрушения. Не сумев вымолвить и слова, я только раскрыла рот в изумлении и, словно парализованная, беспомощно взирала на это. В таком состоянии меня и застал Валерий, выйдя из ванной и ведя своего лабрадора за ошейник.
- Я сейчас убью вас обоих! – закричала я, дрожа от горячей, кипучей ярости, которая запульсировала в моей голове.
- Что случилось? – непонимающе спросил Валерий. – Он всего лишь случайно забежал в комнату. Не горячись!
- Не горячись?! Смотри, что он наделал! Он отряхнулся и испачкал мой наряд!
Я указала ему на свое испорченное платье.
- Вот черт, - озадаченно произнес Валерий, мгновенно оценив ситуацию. - Прости.
- Прости?! – повторила я, срываясь на крик и в отчаянии хватая свое платье и убеждаясь, что след от мокрых капель уже не убрать. - Зачем ты вообще привел свою псину в мой дом?!
Цезарь, почуяв, что в чем-то провинился, улегся у ног своего хозяина, жалобно поскуливая.
- Убери это мохнатое чудовище прочь с моих глаз! - с трудом сохраняя самообладание, прокричала я, указывая на дверь.
- Да брось, это же всего лишь небольшие собачьи шалости! - махнул рукой Валерий, безразлично оглядывая платье. – Мы попали под дождь, это просто случайность… Я вообще его с собой сюда не звал, оставил внизу.