- По какой статье и какого кодекса?
- По всем статьям Морального Кодекса, - ответил Валерий и протянул мне бумажный пакет. - Держи, это тебе.
- Что это? - с любопытством спросила я, принимая у него пакет.
- Твой наряд на сегодняшний вечер. Я надеюсь, что ты не сочтешь за дерзость принять от меня искренний подарок, - произнес я самым теплым тоном.
- Посмотрим, - я заглянула в пакет.
И дальше с самым угрюмым выражением лица извлекла платье из мягкой, кроваво-красной материи.
- Ты что, издеваешься? - я с прищуром посмотрела на Валерия.
- Нисколько, - с серьезным видом отозвался он. - Я бы хотел видеть тебя сегодня в этом платье.
- Зато я не хочу видеть себя в платье этого отвратительного цвета, - бросила я, возвращая платье в пакет. - К твоему сведению, я не люблю этот цвет так же, как и тебя.
- Зато красный цвет притягателен для мужчин, - возразил он. - Уж мне-то это известно. И разве ты не занята поисками своей второй половины? Поверь мне, это платье поспособствовало бы тебе в охоте на женихов.
- Я не имею склонности к охоте, если ты так называешь попытки выстраивания отношений между мужчиной и женщиной, - возразила я с пафосом, глядя на его усмешку. – Это только у тебя звериные повадки хищника.
- А мне кажется, они тебе даже нравятся? - улыбнулся он, делая шаг ко мне и пытаясь снова ввести меня в смущение.
- Забери это, пожалуйста, - я протянула ему пакет с платьем, не желая отвечать на его последний вопрос. - Я не нуждаюсь в благотворительности, тем более, с твоей стороны.
- Я не приму подарок обратно, - он отступил на шаг. - Если ты не хочешь меня обидеть, то ты наденешь его.
- Можешь обижаться, сколько душе угодно, но я ни за что не появлюсь в обществе в этом наряде.
- Если бы оно не было красным, ты бы позволила себе принять его?
- Пожалуй, нет, - я пожала плечами. - Поэтому ты можешь смело подарить этот наряд одной из своих многочисленных подружек. Я полагаю, они любят красное, в отличие от меня.
С этими словами я подарила Валерию ослепительную улыбку, но моем взгляде, конечно же, пряталась враждебность, которую я использовала как защиту.
- Нет, - процедил он сквозь зубы. - Платье предназначается только для тебя, и ты наденешь его сегодня, черт возьми!
Он с нескрываемой яростью посмотрел на меня, потом схватил пакет и вылетел из комнаты, как пуля, с оглушительным грохотом захлопнув за собой дверь.
Я осталась стоять в растерянности; я еще никогда не видела Валерия таким взбешенным. Может быть, на этот раз я перегнула палку? Хотя он сам подливал масла в огонь, разве нет?
Я с шумом выдохнула. Успела уже тысячу раз пожалеть о том, что роль мужа досталась именно этому человеку, о котором я толком ничего не знала.
Я постаралась не зацикливаться на произошедшей ссоре, ведь сегодня грандиозная премьера и я должна быть на высоте, не подвести ни режиссера, ни публику.
Я уехала в театр, забрав с собой классическое черное платье.
Подъезжая к театру, я стянула с безымянного пальца фальшивое обручальное кольцо, чтобы не попасть впросак, ведь люди могут сразу понять природу этого незатейливого украшения, а мне совсем ни к чему трубить во все стороны о своем якобы замужестве. Я волновалась из-за предстоящего после выступления фуршета, потому что туда был приглашен репортер из популярного журнала «ВОГ». Я надеялась, что на этот раз мне удастся избежать интервью, однако, понимала, что от вспышек фотокамеры никуда не скрыться. Я с ужасом подумала о том, что случится настоящая катастрофа, если информация об отношениях с Валерием просочится в прессу. Я даже побледнела, отчетливо представив в уме заголовки статей: «Анжелика Ковалевская вышла замуж!» или «Кому удалось покорить сердце оперной певицы?». От этих размышлений меня отвлек голос шофера, сообщившего, что мы подъехали к зданию театра.
- Желаю вам удачи, Анжелика Анатольевна! - с улыбкой проговорил водитель, открывая дверцу и помогая мне выйти из салона автомобиля.
- Благодарю вас, - ответила я. - Можете ехать домой.
Он понятливо кивнул, и я направилась к Большому театру, на сцене которого проходила моя вторая жизнь.