Черный «БМВ» уже ждал меня. Но около машины не оказалось шофера, который обычно услужливо отворял мне дверцу. Я забралась в салон на заднее сиденье и взглянула в сторону водителя. Тогда я и поняла, почему он не удосужился мне помочь.
– Что ты делаешь за рулем, черт возьми?! – я удивленно всплеснула руками, обнаружив на водительском сиденье Валерия. – Где мой личный шофер?
– Сегодня обязанности личного шофера исполняет твой личный муж, – отозвался Валерий, с усмешкой глядя на меня в зеркало заднего вида.
Я испустила тяжкий вздох и беспомощно откинулась на спинку сиденья.
– Тебе нечем заняться в доме?
– Нечем, – подтвердил он, по–прежнему наблюдая за мной через зеркало. – Я уже настолько привык к твоему язвительному обществу, что не мыслю и минуты своей жизни без тебя и твоего острого язычка.
– Навестил бы своих подружек, – посоветовала я. – Я абсолютно уверена, что они бы с радостью согрели тебя в своих объятиях, называя тебя всякими ласковыми прозвищами.
– Я предпочитаю находиться в твоих объятиях, – заявил Валерий и подмигнул мне. Я тут же вспыхнула, вспомнив, как он недавно касался меня. – И пока я исполняю обязанности твоего мужа, я буду делать все, что полагается мужу. Если бы мы на самом деле были женаты, то ты, как любящая жена, предпочла бы видеть шофером любимого мужа, чтобы наслаждаться редкими минутами единения, выпадающими среди бесконечных выступлений и репетиций.
- Избавь меня от подобного пафоса, - фыркнула я.
Валерий тронул машину с места. Я молча откинулась на спинку сиденья, зная, что он, как самый упрямый человек на свете, ни за что не отступится от своего решения.
Я уставилась в окно, на пейзаж, который обычно изучала день ото дня, отправляясь в театр в сопровождении шофера.
Некоторое время мы ехали в полном молчании. Машина уже покинула поселок и двигалась по пустынному шоссе.
– Поговорим? – вдруг предложил Валерий, разорвав холодную тишину.
Я никак не отреагировала на эту фразу, продолжая бессмысленно смотреть в окно.
– Поговорим? – настойчиво произнес он вновь.
– Нет, благодарю, – отозвалась я.
– По знаку зодиака я Близнецы, – сообщил вдруг Валерий.
– Меня это совершенно не волнует. Я не верю в гороскопы и предсказания, – отмахнулась я, не отводя взгляда от пейзажа за окном.
– Мое любимое блюдо – лазанья, – продолжал он. – А из фруктов предпочитаю больше виноград.
– К чему ты все это говоришь?! – с растущим раздражением спросила я, встретившись с его взглядом, отражавшимся в зеркале.
– Мои привычки должны быть тебе хорошо известны, если ты хочешь, чтобы наш спектакль удался на славу. Поэтому слушай и запоминай все, что я тебе скажу.
Я насупилась, но все же приготовилась слушать. С одной стороны, он был прав: я совсем ничего не знала о человеке, ставшего на время моим «возлюбленным супругом».
Валерий стал перечислять некоторые свои пристрастия, которые была обязана знать о своем муже каждая хорошая жена. Он не забыл упомянуть даже название своей любимой футбольной команды.
– Ты говорил, что адвокат. Работаешь? – я решила задать вопрос по существу. – Я заметила, что ты почти не покидаешь мой дом, проводя дни в бездействии и праздности.
– Я в отпуске, – сказал он и обернулся через плечо. – Весь твой. Советую и тебе сделать передышку, чтобы всецело наслаждаться моим обществом.
– Смотри на дорогу, – строго произнесла я.
– У тебя должна быть дублерша, – Валерий нехотя отвел взгляд.
– Я предпочитаю трудиться, не жалея сил – лишь бы избежать излишнего притворства.
– В таком случае ты охрипнешь, и твое безупречное сопрано превратится в неприятный для слуха звук. А я совсем не желаю столь печального исхода для твоей карьеры. Мне очень нравится твой голос. Почему бы тебе ни спеть мне сейчас? Скажем, ту душещипательную арию, которую ты исполняла в начале второго акта? Это самая прекрасная песня, которую я когда-либо слышал!
– Включи радио, я не стану устраивать для тебя концерт, – отрезала я.
Валерий укоризненно покачал головой.
– Ты стесняешься? – вдруг спросил он.
– Вовсе нет. Просто я не намерена напрягать голосовые связки из–за твоей неожиданной прихоти. Тем более, ты сам минуту назад рекомендовал мне сделать передышку.