– Не беспокойся: тебе не придется нести меня на руках, – отрезала я и решительно двинулась вдоль обочины.
***
Тучи нарастали и темнели с каждой минутой, а глухие раскаты разрывали воздух все громче. Я испуганно подскочила, когда очередной удар грома поверг землю в трепет.
– Ты боишься? – мягко спросил Валерий, заглядывая в мое напряженное от ужаса лицо.
– Ничего не могу с собой поделать, – призналась я, кисло улыбнувшись. – Гроза всегда пугала меня.
– А я люблю дождь, – сказал Валерий, взглянув в бархатное небо. – Помню, в детстве, когда погода начинала портиться, я выбегал на улицу и бегал под дождем, а когда возвращался домой, вода стекала с меня ручьями, и матери приходилось изрядно повозиться со мной.
– А где она сейчас? – вдруг поинтересовалась я.
– Моя мать? Она живет в Москве, – ответил Валерий. – Но я довольно редко вижусь с ней в силу стечения некоторых неприятных обстоятельств.
Я вопросительно посмотрела на него, надеясь, что он продолжит. Но он молчал, и я решила спросить:
– Что же послужило причиной вашей разлуки?
– Мой отец, – признался Валерий, и в его глазах появился грозный блеск. – И его строительный бизнес.
Я поняла, что воспоминания об отце вызывают у Валерия мрачные мысли. На его лицо наползла тень, и я поняла, что тема о его отце закрыта.
Словно в тон ему, в небе раздался угрожающий раскат грома, а рядом сверкнула молния. В следующий момент небеса разверзлись, и на землю обрушился холодный ливень.
Мое тонкое платье промокло до нитки за считанные секунды, а рубашка Валерия плотно облегла его рельефный торс.
Холод пробирал до костей. Крупные капли дождя ударяли в лицо, и я шла вперед, закрывая глаза настолько, насколько это было возможно, чтобы видеть дорогу.
– И почему я только послушалась тебя и не осталась в машине? – сокрушалась я.
– Оставаться в машине во время грозы было бы абсолютно безрассудно, – безапелляционным тоном заявил Валерий.
– А здесь я рискую простыть настолько, что уже завтра останусь без голоса и, если это случится, то в этом будет целиком твоя вина.
– Моя?! – искренне удивился он. – Прости, но я никуда не тащил тебя силой. Ты сама решила последовать за мной, так что теперь сноси все тяготы нашего пути молча. И помни, я не намерен выслушивать твои бесконечные причитания.
Я на некоторое время умолкла, чувствуя себя донельзя отвратительно. Я то и дело оборачивалась через плечо с затаенной надеждой увидеть приближавшуюся машину и страдальчески морщилась, не обнаруживая на дороге никаких признаков движения.
Валерий
Я молча наблюдал, как она изображает мученичество. Я видел, что она совершенно раздавлена – слишком много событий обрушилось сегодня на ее хрупкие плечи:
с утра Анжелику расстроила статья о несуществующем браке, хотя мне казалось, что стоило всего лишь посмеяться над тем, что нам удалось обмануть журналистов и поверить в эту фикцию;
потом я сам сильно измучил ее своим сарказмом, а теперь уже и не помнил по какой причине – наверное, она сама вынудила меня;
позже Анжелику встревожило любовное послание бывшего жениха, у которого внезапно вернулись чувства к ней, я вспомнил с каким ожесточением девушка разорвала открытку;
затем Анжелике пришлось доказывать мне свою способность на порыв – она подарила ему страстный поцелуй: впрочем, с улыбкой подумал Валерий, она получила от этого, скорее, удовольствие, хотя и твердила об обратном;
ну, а дальше – моя улыбка стала еще шире, когда перед глазами возникла жаркая сцена на заднем сиденье автомобиля – Анжелика едва не пала жертвой моего мужского обаяния, утратив последние остатки самообладания;
Анжелика провела почти три часа на сцене Большого театра, вызывая у зрителей потрясающее впечатление от своей игры; я задумался над тем, что только на сцене все выглядит так легко и красиво, а в действительности работа над оперой: режиссура, игра актеров, работа рабочих сцены и машинистов – долгий процесс, требующий самоотдачи, а затем предстоит тягостное ожидание впечатлений о произведении, вынесенного на суд публики;
после выступления Анжелику ждал следующий удар: встреча с бывшим женихом добавило девушке головную боль, но, даже будучи утомленной, она все же решила навести Дмитрия, чтобы провести с ним долгую, беседу, разъясняющую всю суть происходящих событий; что ж, встреча прошла довольно спокойно, и Анжелика вновь вернула себе статус его потенциальной невесты, что было, безусловно, вовсе не на руку мне.