– Когда оденешься, спускайся на кухню. Мама обещала приготовить нам горячий чай, – сказала я и направилась к выходу, не желая больше ни минуты оставаться в обществе мужчины, лицо которого выражало нетерпение немедленно меня соблазнить.
– Окей, – бросил он мне вслед.
Прикрывая дверь, я краем глаза заметила, как он скинул полотенце.
Что за скульптурная задница! Обезоруживающая! Мое сердце подпрыгнуло, а я невольно застыла на месте, держась за ручку двери.
– Насмотрелась? Нравится? – он вдруг обернулся через плечо, поймав меня с поличным.
Я тут же резко захлопнула дверь и поспешила по коридору.
Глухие раскаты грома не переставали сотрясать землю. А меня только что потряс вид голой задницы. Это картина так и застыла у меня перед глазами, не давая собраться с мыслями.
***
– Наверное, с таким попутчиком дорога не показалась слишком утомительной, – убежденно заметила мама, когда я спустилась на кухню.
Я не стала признаваться ей, что в компании моего так называемого мужа возвращение домой показалось адским испытанием. Мама поставила передо мной чашку с горячим чаем, и я сразу отпила глоток, обжигая губы.
– Где твой муж? – спросила она.
– Сейчас спустится, – отозвалась я.
Валерий не заставил себя долго ждать: через пару минут он уже появился на кухне и с благодарностью принял чашку с душистым чаем из рук мамы.
– О машине я позаботился, ее доставят в автосервис, а утром я со всем разберусь, – сообщил он.
– Отлично, – бросила я.
– Какие планы на завтра? – поинтересовалась мама.
– Могу сказать с уверенностью только то, что вечер я проведу на сцене, – ответила я. – Ну а днем, возможно, я съезжу в город.
– А зачем тебе в город, дорогая? К Диане, наверное? – спросил Валерий и с прищуром посмотрел на меня, понимая, что скрывается за моей последней фразой – на самом деле я собралась на свидание с Димой.
– Да, я собираюсь навестить Диану. А что?
– Кстати, как у нее дела? Она так изменилась с тех пор, как я ее видела год назад, – спросила мама.
– Думаю, она вполне довольна жизнью, – отозвалась я, и на этом тема о моей подруге была исчерпана.
Затем мама принялась мучить нас вопросами – она стала интересоваться событиями, произошедшими в нашей короткой семейной жизни. Наибольшее любопытство разжигал в ее душе, безусловно, Валерий, поэтому отдуваться и отвечать на несколько каверзные вопросы приходилось, в основном, ему.
– А кто твои родители? – мама задала вопрос, который я больше всего боялась услышать. – Я бы хотела познакомиться с новыми родственниками.
Валерий на мгновенье растерялся, а потом с сожалением произнес:
– Боюсь, что вашу встречу невозможно устроить: мои родители сейчас в отъезде – отдыхают на жарких пляжах Сочи, они сняли домик и пробудут там все лето.
Лицо мамы вытянулось от разочарования, но я осталась довольна ответом Валерия, выкрутившегося из щекотливой ситуации.
– Я надеюсь, что к зиме они возвратятся, и Новый Год мы будем встречать как одна дружная семья.
– Мама, ты… ты планируешь вернуться уже в декабре? – спросила я, не в силах скрыть своего испуга.
– Конечно, – она широко улыбнулась. – Мы с Люмьером решили встречать Новый Год вместе с вами, дети, если вы, разумеется, не против.
Я почувствовала себя так, словно меня облили ледяной водой. Заявление мамы поставило меня в тупик и вызвало приступ неудержимой паники.
– Мы не против, – с улыбкой вставил Валерий, он, видимо, ощутил мое напряжение.
– Раньше я крайне редко навещала Анжелику, потому что работа во Франции не оставляла мне свободного времени. Но теперь, когда я бросила работу, у меня есть возможность приезжать в Россию гораздо чаще. Да и полетов я теперь больше не боюсь, когда Люмьер держит меня за руку.
– Ты бросила работу? – удивилась я, ведь мама всегда так цеплялась за свою должность.
– Да, – просто отмахнулась мама. – Люмьер не хочет, чтобы я работала. Он говорит, что способен сам обеспечить семью. И я не вижу никаких причин, чтобы препятствовать его желанию. На протяжении шестнадцати лет я занималась анализом финансового состояния в большой корпорации – пора бы мне проанализировать и собственную жизнь, заняться собой, в конце концов.