– Точно? – с недоверием спросил он и насмешливо повел бровью. – Ты не станешь сгорать от любопытства, если я не вернусь до позднего вечера?
– Нет, не стану, – подтвердила я, чувствуя, как во мне шевельнулось странное волнение. – Можешь спокойно отправляться хоть к самому дьяволу или к своим многочисленным подружкам. Я отлично понимаю, что у тебя своя жизнь и свои интересы, которые не совпадают с моими. Разумеется, ты можешь отлучаться, когда тебе заблагорассудится. Наверное, ты изголодался по женской ласке, так что желаю тебе приятно провести свидание с женщиной.
– Ты права: я иду к женщине, но этой женщиной будет моя мать, – сказал Валерий. – Как любящий добропорядочный сын, я должен уделить ей внимание. Надеюсь, ты не будешь сильно скучать без меня?
– Я отдохну от тебя, – произнесла я, нисколько не боясь его обидеть. – Можешь не торопиться.
– Отлично! В таком случае, я еще загляну на свою квартиру.
– Зачем? – невольно вырвалось у меня, и я тут же пожалела о своем любопытстве.
– Чтобы проверить почтовый ящик. Видишь ли, я жду одно старомодное письмо с открыткой из Англии, – честно ответил Валерий. – От Алисы, – потом добавил он, хотя я и так догадалась, что он говорит о своей подружке. – Заодно захвачу кое–какие личные вещи.
– В таком случае, мы не будем ждать тебя к ужину, – спокойным тоном сказала я и откинулась на подушку.
Краем глаза я наблюдала, как Валерий подошел к шкафу и достал черный костюм и бежевую рубашку. Галстук он выбирал невероятно долго и с особой тщательностью, но в конечном счете решил обойтись вовсе без него.
Затем я повернулась на другой бок, борясь с искушением взглянуть глаза, как он переодевается.
– Не желаешь оценить мой внешний вид? –поинтересовался он, заметив, что я старательно прячу взгляд.
Я нехотя обернулась и оглядела его с ног до головы.
– Ты выглядишь вполне сносно, – произнесла я максимально безразличным тоном.
– Да, и поэтому твои глаза вобрали меня всего беззастенчиво и с такой жадностью, что у меня по телу пробежали мурашки, – лукаво улыбнувшись, отозвался Валерий. – Я вообще–то думал получить от тебя сверхдлинную дань восхищения.
– Пусть тобой восхищается твоя мама, – непреклонно заявила я. – А я предпочитаю восхищаться Дмитрием Эрматовым.
– Как это мило, – с сарказмом произнес Валерий. – На черта он тебе сдался?
– Я влюблена в Диму, – ответила я серьезным тоном.
– Смех, да и только, – презрительно бросил он. – Ты просто крепко вбила себе в голову, что влюблена в него, а на самом деле это не так.
– Я уже предупреждала тебя, чтобы ты не вмешивался не в свое дело, – рассерженно бросила я. – С какой стати ты взъелся на моего будущего жениха? Почему он производит такое отталкивающее впечатление?
– Простите, что без стука. Руки были заняты, я принесла травяной отвар, – на пороге вдруг появилась мама с подносом, на котором стояла чашка. На ее лице было написано беспокойство.
Меня прошиб холодный пот. Если мама слышала последние слова нашего разговора, то какой вывод она успела из этого сделать?
– О каком женихе вы говорили? Кто производит отталкивающее впечатление и на кого? – поинтересовалась мама, видимо, не сдержав своего природного любопытства. Она явно услышала чтото лишнее. – Вы что, поссорились?
Я не сразу нашлась, что ответить. Валерий тоже отмалчивался, решив предоставить мне возможность самой расхлебывать заваренную кашу.
– Нет, мама, мы не ссорились, – наконец, проговорила я, надеясь, что мой голос звучит убедительно. – Мы просто обсуждали жениха моей подруги – именно он по какой–то непонятной причине не угодил моему мужу. Но почему?
С этими словами я устремила на Валерия взгляд, требующий немедленного объяснения. Он понял, что я переложила на него всю грязную работу – теперь он должен был ловко выкрутиться из неловкой ситуации. Потому что я впала в абсолютный ступор.
– Даже невооруженным глазом видно, что он не достоин ее, – взял слово Валерий и я почемуто была уверена, что при этом он вызвал в сознании образ Дмитрия, чтобы было легче излагать свои мысли. – Я встречался с ним всего пару раз, но успел понять, что этот человек не способен сделать женщину по–настоящему счастливой. Дорогая, твоя подруга заблуждается в своих чувствах. Она должна присмотреться повнимательнее к тому, кого называет своим возлюбленным.