Однако, Орочимару в моём мире пережил тотальный контроль над разумом, и принимая во внимания Котоамацуками, у него не могла не развиться вполне объяснимая паранойя. По крайней мере, так я думал раньше…
Но после изучения памяти Тобирамы, ответ был дан мне в весьма неожиданной форме…
И эта форма носила имя «Орочианко!».
Глава 37.2
Да, Орочианко… Как бы глупо то не звучало, это было буквально настоящее имя, которое избрала для себя слитая сущность, состоящая из Митораши Анко и змееподобного ученика Третьего Хокаге.
Мне неизвестно как именно Сарутоби Хирузен узнал правду об истинной природе той проклятой печати, которая была оставлена моим бывшим рабом на теле своей ученицы ещё до того, как он предал деревню Скрытого Листа. Однако ясно то, что Третий Хокаге осмелился использовать её почти также, как это было показано в сюжете аниме и манги «Наруто».
И ключевым словом тут было «почти». На самом деле проклятая печать Анко оказалась задействована отнюдь не для истинного воскрешения Орочимару, а для чего-то другого.
Чего-то гораздо более пугающего… И даже по моим меркам, то что удалось совершить этим двоим — настоящий кошмар!
Впрочем, мой бывший раб, хотя и вернулся к жизни, но в результате пережил то, что можно назвать только смертью личности.
Очевидно, что Сарутоби Хирузен сильно рисковал, пытаясь возродить своего змееподобного ученика. По сути, он планировал использовать его навыки как учёного для развития Нечестивого Воскрешения. И будучи человеком далеко не глупым, Хирузен был убеждён, что без помощи Орочимару для достижения успеха в этом деле могут уйти годы. Ему казалось, что объединённые усилия его собственного учителя, воскрешённого им самим и Орочимару обязательно приведут к быстрому этой развитию запретной техники и именно она и обеспечит ему победу в грядущей мировой войне. И время показало, что он был прав!
Техника Нечестивого Воскрешения была заметно улучшена стараниями этих двоих. Теперь воскрешённые с её помощью существа обладали «бесконечной чакрой» и не имели ограничений на то, сколько их можно было призвать. Хотя проблема с поиском подходящего сосуда для размещения возвращённых из чистого мира душ, так никуда и не исчезла. Но с этим нельзя было поделать, ведь армия белых Зецу, идеально подходящая именно для применения их в качестве жертву под их рукой отсутствовала. А в остальном, всё было доведено до совершенства и можно сказать, что эта техника была развита до того уровня, который продемонстрировал всем миру Якуши Кабуто во время Четвёртой Мировой Войны Ниндзя.
Естественно, Сарутоби Хирузен хотел применить Нечестивое Воскрешение не для того, чтобы защитить жителей деревни Скрытого Листа и страны Огня от грядущих невзгод, которые обрушатся им на головы с ближайшем будущем. И глупейшему из дураков будет понятно, что этот жадный старик планировал создать себе армию бессмертных ниндзя. И с их помощью Третий Хокаге желал взять всю планету под свой контроль!
Что касается жертв… То у Сарутоби была буквально полная деревня их, ожидающих использования. Хотя никто из них, кроме разве, что Ямато или Тензо, как его ещё называют просто не был достаточно хорошо, чтобы сравниться в этом отношении с белыми Зецу.
Разумеется, старый обезьян объяснял это «мерами по защите родины», а также часто болтал о Воле Огня, когда сам Тобирама спрашивал об этом, задавая ему откровенно неудобные для обезьяноподобного старика вопросы. Так или иначе, но всё закончилось тем, что Второй Хокаге купился на эту чушь!
Став жертвой идеологической обработки, основы которой он сам и придумал, Тобирама так и не сумел усомниться в речах своего ученика, благодаря развитому им до максимального уровня навыку промывки мозгов. Можно сказать, что Второй Хокаге с радостью сожрал сшитую белыми нитками ложь и не подавился. Но правда в том, что, в конечном счёте, всё сводилась к бесконечным амбициям и жажде власти, которые были главной ценностью в жизни Сарутоби Хирузена. Вот только Третий Хокаге прекрасно овладел способности выдавать свои эгоистичные побуждение за нечто благородное и возвышенное… И это качество было именно тем, что позволяло ему уже много лет тонко влиять на экономику и политику не только страны Огня, но каждой из Пяти Главных Стран.
Эти выводы в моих глазах подкрепляло и то, что, когда Тобирама сообщил ему о завершении модификации Нечестивого Воскрешения, на морде обезьяноподобного старика отразилось наполненное жадностью выражение искреннего торжества и предвкушения. Оно проявилось буквально на долю секунды, прежде чем также быстро исчезнуть.