— Эй, я помогла тебе, а ты помоги мне! — прокричала дочь Райкаге, помахав Хоноке рукой, а затем, указав на вновь лишённого головы Джираю, — сделай что-нибудь с ним!
Хонока кротко кивнула в знак согласия, после чего влетев невидимый портал, переместилась на сотканный из тьмы ковёр. Тогда же вновь вызванная ей золотая цепь стремительно пронзила тело Джирайи, положив начала процессу, который ранее постиг многих других людей. И менее чем через секунду, уже с привычным для себя усилием, старшая сестра Таюи покончила с ещё одной жизнью.
«Бог Смерти кажется сегодня очень довольным и сытым, — спокойно отметила Хонока, пытаясь понять ощущения, которые транслировало запечатанное внутри её тела существо, — Может быть, всех тех, чьи души были похищены сегодня, оказалось более чем достаточно для того, чтобы его успокоить его почти бесконечный голод?»
Тем временем, Карин тоже успела добраться до парящего ковра. Усевшись всего в полуметре от Шион, она недовольно принюхалась, ощутив неприятный, но весьма характерный запах. Однако мысли об этом вылетели из её головы, как только её взгляд случайно столкнулся с Джираей.
— Почему он выглядит таким молодым? — с любопытством спросила Карин, скрестив руки на груди с задумчивым видом, — Разве знаменитый Джирайя из легендарной троицы Листа не должен быть старым? Ты даже назвала его «старик», так почему он выглядит как будто бы как минимум вдвое моложе, чем должен был!
Лишь фыркнув в ответ на её слова, Фуу равнодушно покачала головой.
— Откуда мне знать? — сказала она, прежде чем после короткой паузы добавить:
— У меня, знаешь ли, просто не было времени спросить у него об этом во время битвы. Этот Джирайя был действительно неприятным противником… Этот извращенец размножался прямо на поле боя, постоянно копируя себя, как та серая слизь из рассказов Итачи! Хорошо, что другие бессмертные, похоже не могли использовать любую форму техники клонирования… Но Джирайя как-то смог! Интересно, почему?
Обдумав слова Карин, Хонока присмотрелась к лицу Джарайи, внезапно осознав, что ей и самой немного слегка любопытно узнать ответ. Впрочем, следом за этим, старшая сестра Таюи заглушила это желание, напомнив самой себе, что она не более чем рабыня, а потому не должна беспокоить друзей хозяина какими-либо вопросами. Вместо этого, Хонока вспомнила о последней душе, которая была добавлена в желудок Бога Смерти, решив для себя, что ей стоит внимательно просмотреть воспоминания Джирайи, как только у неё появится такая возможность.
Тем временем, издав печальный вздох, Фуу уселась в центре ковра, прежде чем окинуть Карин презрительным взглядом.
— Ты чем-то недовольна? — ехидным голосом поинтересовалась дочь Четвёртого Райкаге, — Может быть, тебе не удалось проявить себя в бою? Я ведь права, не так ли? Ты была избита кем-то из этих бесполезных тупых приспешников Мудреца Шести Путей и теперь грустишь…
— Гррр! — прорычала Карин, сжав кулаки в приливе гнева, а затем мысленно дала себе клятву:
«Когда, Итачи-сан вернётся, я тебя как следует, побью!»
Только вздохнув и выдохнув несколько раз подряд, Карин наконец-то смогла успокоиться и прийти в себя. После этого, она перевела взгляд с Фуу на Хоноку, которая показалось ей чем-то обеспокоенной. Её обычно спокойное и стоическое выражение лица на этот раз казалось Карин переполненным теми эмоциями, которые самопровозглашённая рабыня обычно не демонстрировала.
— Кстати… — пробормотала Карин, — Кто-нибудь из вас узнал о том, куда пропал Итачи-сан?
Вновь вспомнив о наличии у себя способности просматривать воспоминания захваченных Богом Смерти душ, Хонока тихим голосом прошептала:
— Эта рабыня пока не знает, но она думает, что сможет узнать…
Глава 53
— … тебе лучше просто сдаться, иначе те о ком ты заботишься, будут страдать вечно вместе с тобой!
Я удивлённо моргнул, услышав только конец очередной злодейской речи Мудреца Шести Путей. Стоит отметить, что за последнее время он болтал о всякой чуши уж больно много.
Так или иначе, но его слова только доказывали, что он ничего обо мне не знает… Ведь я бы уж точно ни за что не пожертвовал своей жизнью ради кого угодно! Такова правда и отрицать её бессмысленно!
В конце концов, это просто не в моём стиле! А ещё — умереть или хотя бы страдать, когда все остальные живут счастливо мне просто не по душе.
Впрочем, Хагоромо должно быть, до сих пор верит, что я точно такой же, как и прежний Итачи — полоумный фанатик со склонностью к суициду, который легко поддаётся манипуляциям жаждущих власти стариков и словам в стиле: «убей свой клан и спаси своего брата или я убью их всех вместо тебя!»