— А ты всех помнишь что ли? — поддеваю брата.
— Ну, список я не веду конечно, но обычно одни и те же лица на глазах. Универ не такой и большой, чтобы не заметить новенькую.
Он прав. Я тоже чуть дольше задерживаюсь на ней взглядом. И тоже могу с уверенностью сказать, что раньше её не видел.
— Симпатичная, — соглашаюсь с ним.
— Я ничего не сказал, — ловит меня на слове, изогнув бровь.
— Подумал, — ухмыляюсь в ответ.
— Это да, — прицокивает и снова прилипает взглядом к стеклу. Так часто бывает - одинаковые мысли, фразы, действия.
Выворачиваю на стоянку и паркую машину. Егор выходит и закидывает пустой стаканчик в мусорку рядом.
Следующие события разворачиваются с такой скоростью, что мы с братом охреневаем в унисон. Нас обоих различили, нагло облапали, развеселили и оскорбили. Короче, мне еще не приходилось переживать такой салат из эмоций за столько короткий промежуток времени. Меня буквально изнасиловали эмоционально. И это всё она - Валерия - Пряник, как назвал её Гор. И она действительно пахнет сладкой ванилью, брат не ошибся. Сидя рядом с ней, ухватив за острую коленку, я чувствовал его - сладковатый аромат. Да, я не отказал себе в удовольствие пощупать и её. Видел, как полыхают глаза от ядерного коктейля из смущения, возмущения и легкой толики возбуждения. Мне же не показалось? Я же видел его? Да?
И я убедился в этом в столовой, когда запихнул её руку под свою рубашку. Какими взглядом она смотрела, когда бархатные холодные подушечки пальцев заскользили по моему животу. Черт, да я даже не знаю как назвать то состояние, в котором мы с братом пребывали. И смешно и страшно, и страшно и смешно. Какие-то гребаные адреналиновые качели! Что вообще за херня происходит?! Ведем себя, как подростки в пубертате. Но это было ужасно весело. С самой первой минуты, как Лера открыла рот, хотелось хулиганить! Хотелось заставить ее смеяться и смущаться. Гор был солидарен со мной. Я чувствовал это, видел! Два дня, мать вашу! Всего лишь два дня мы с ней знакомы!
— Привет, — повышаю голос, чтобы она меня услышала. После медленной композиции с Егором, она поворачивается к залу, вглядывается куда, крепко сжав перила балкона. На ней короткое мерцающее платье на одной лишь завязке под волосами, туфли на высоких каблуках. Потрясающий вид сзади на эти ножки. Невозможно оторвать взгляд. Мне достаточно протянуть руку, зарыться пальцами в волосы на её затылке, потянуть веревку и платье свалится к ногам, оставив её в одних… Господи помоги, она же в одних трусиках! А эти шпильки, делающие её ноги просто невероятно длинными.
Гор ушёл вниз разговаривать по телефону.
Практически вся наша группа в клубе. Мы заняли сразу три кабинки в углу, чтобы не сидеть на головах друг у друга. Её и Зайку увидели сразу и даже не отказали себе в удовольствии какое-то время понаблюдать за обеими, пока они сидели у бара.
— Привет, — она поворачивает голову. — Как дела? — пьет что-то голубое, и это штука ужасно вкусно пахнет. Последнее время у меня какой-то ненормальный пунктик на запахах.
— Дай попробовать, — прошу и киваю на бокал. Стою наверное слишком близко, потому что она делает едва заметный шаг назад, увеличивая расстояние между нами. Лера на голову ниже меня, и, когда я близко, ей приходится задирать голову, чтобы встретиться со мной взглядом. А я, наглая морда, просто не могу позволить ей отойти, поэтому, пока она не видит, снова двигаюсь к ней.
— Нет, — качает головой. — Это мой бокал! Закажи себе! — кивает на бар. И это звучит так возмущенно, что я, как последний имбецил, начинаю улыбаться. И ни черта не могу с этим сделать. Я деградирую, вашу ж Машу!
— А вдруг у тебя вкуснее? — перепалка набирает обороты. Мне нравится дразнить её.
— С чего бы? Попроси бармена, он сделает и тебе вкусняшку, — в глазах скачут искры от софитов, а на коже мелкой пылью отражается неон. Она делает большой глоток через трубочку. Полагаю, чтобы мне не досталось. Ну, или тоже дразнит в ответ.
— Боюсь, что бармен моей просьбы не оценит, — делаю вид, что обиделся.
— Не знаю — не знаю. Алисе он быстро сделал! — она даже не замечает.