— Отлично поработали, — и снова мне кажется, что эти слова обращены именно ко мне. Это одобрение, похвала. И я, блин, ужасно горжусь собой. Кто молодец? Я молодец. Не могу скрыть широкую улыбку. Сама б себя расцеловала, честное слово.
Юбилярша с ещё несколькими девушками собирают оставшуюся еду в контейнера. Спрашиваю у Даши нужно ли им помочь, та лишь качает головой. Это не политика кафе. Гостям конечно же не запрещается забирать продукты, за которые они заплатили, но они делаю это сами. И я понятия не имею правильно ли это, но спорить не спешу. Герман и Егор будто не обращают на это внимание.
— Так! Кого куда? — интересуется Герман.
— Подкинешь меня? — Лиза делает к нему шаг вперед. Мне хватает секунды, чтобы понять — она опять перепутала. Егор дергает уголком губ, Герман моргает слегка опешив, но это замечаем только я и Даша. Кстати, последняя меня удивляет.
— Пойду, помогу, — она береди широкий поднос с высокими бортами и идёт к столам.
Вот уж хрен уж! Беру второй поднос и иду за ней.
— Ты их тоже различаешь! — это не вопрос, это чистое утверждение. — Но…
— Да я живу с ними по соседству с младенчества, — внезапное признание заставляет замереть. — И игры эти вижу уже несколько лет.
— А чего ты Лизе не скажешь? Она себя дурой выставляет!
— Знаешь, когда влюблен никакие слова не помогут.
— Да, любовь слепа, — согласно тяну слова. — Никто не застрахован от любовной горячки. Значит, с детства, да? — смотрю на неё с прищуром.
— Ты чего задумала? — она испуганно выпрямляется. — Учти, я гавриков не выдам.
— Гавриков? — прячу смешок. — Оригинально.
Больше ничего не спрашиваю, молча ставлю стаканы на поднос и уношу на кухню вслед за Дашей. На обратном пути набираю Вику, как и договаривались. Я точно знаю, что она не спит. Это то самое время, когда её работа должна быть в самом разгаре. И, несмотря на то, что она сегодня дома, уснуть у нее вряд ли получилось.
Когда подхожу к бару, уже убираю телефон в карман.
— Ты домой? — спрашивает Егор. — Подождёшь пару минут? Я отвезу.
— Не, спасибо, — качаю головой, а Егор замирает с тряпкой в руке, которой протирал стойку. — Я уже договорилась.
— Такси? — уточняет Герман.
— Нет, — загадочно улыбаюсь. Да, мне нравится то, как они реагируют.
— Егор, — Лиза подергивает Германа, положив руку на его плечо.
Мой смешок звучит, как гром, хотя в кафе фоном играет спокойная музыка.
— Что?! — Лиза разворачивается на каблуках. Чую будет скандал.
— Ничего, — язык так и чешется гаркнуть, чтобы раскрыла глаза и хоть немного бы смотрелась в братьев.
— Нет уж, — собираюсь уйти, но Лиза хватает меня за руку, сжав запястье. — Давай пообщаемся, самое интересное только начинается.
— Серьезно? Хочешь близких отношений? — киваю на её хватку. — Мы не настолько дружны.
А эти два оленя стоят и ни черта не делают.просто смотря на цирк уродов. Никогда бы не подумала, что парни могут быть такими. Хотя, чего далеко ходить — Тарновский тот ещё мудак. Эти, похоже, тоже недалеко ушли.
— Да разуй глаза! — вскрикиваю, не выдержав. Марго оборачивается, братья молчат. Даша всё ещё на кухне и очень жаль, что она пропускает такой концерт. — Это Герман! — тычу пальцем в того, кто рядом. — А это Егор! — пальцем во второго. Она повторяет за мной. Смотрит сначала на Германа, потом на Егора. — Я понимаю, что ты не можешь их различить, хотя это очень просто, хрен с ним, — меня несет, но громкость я всё же убавляю. — Но вот ты даже не догадываешься, что эти двое местами меняются! Да? Развлекаются!
Братья молчат. Губы Егора сжаты в плотную линию, желваки ходят на скулах, а взгляд вообще не обещает ничего хорошего. Герман чуть опустил подбородок и теперь смотрит на меня тем самым жутким взглядом исподлобья, который описывают в книгах и специально репетируют для киношных драм. Становится как-то жутковато, но я уже не могу остановиться.
И тут появляется Даша. Она притормаживает, когда видит лица каждого из нас.
— Что тут произошло? — она подходит еще ближе.
Хотела бы я ответить, но вдруг она не в курсе хобби близнецов? Хотя она столько лет с ними знакома и наверняка в курсе. От этого не легче.