Захар сидел рядом с Настей за столом и держал ее за руку.
– Ты, лапуся, в последнее время меня по-настоящему беспокоишь, – говорил он, наклоняясь к ней. – Не хочешь рассказать, что с тобой происходит? Я мог бы помочь. Ты ведь знаешь, что у меня есть масса возможностей. Ведь знаешь? Я всегда тебе помогал.
Захар настойчиво тряс Настину руку. Она глядела на него с безразличием и ничего не отвечала. Горянский явился с утра к Насте домой. Когда в одиннадцатом часу раздался настойчивый звонок в дверь, она с трудом разлепила глаза и, накинув халат, прошлепала в коридор. Посмотрела в глазок – и едва не застонала. Вот только Захара ей и не хватало! Но дверь все же открыла. Потому что если уж Захар задумал с ней встретиться, то он не отстанет. Будет трезвонить весь день по телефону, но все-таки добьется своего. Наверное, он подозревал (не такой же он дурак, в самом деле!), что она не горит желанием видеться с ним наедине, поэтому явился просто так, без предупреждения. Он принес ей белую розу на длинном стебле и целый пакет сладостей.
– Хочешь, чтобы я растолстела? – едва заметно улыбнувшись, спросила она.
– Твоя любовь к сладкому никогда не отражалась на фигуре. – Захар окинул ее цепким взглядом.
Настя поплотнее запахнула халат.
– Подожди, я переоденусь, – сказала она, провожая его в гостиную. Захар помнил времена, когда она не пряталась в другой комнате, знал все интимные детали ее туалета, знал, какое белье она носит, знал все… Черт побери, почему она больше не рассматривает его как партнера?
– Почему ты больше не рассматриваешь меня как возможного партнера?
– Как любовника? – Настя надменно вскинула брови.
В сущности, она и сама не знала – почему. Просто во время того памятного скандала Захар так стушевался, что навсегда потерял Настино уважение. Она и раньше-то радовалась этой связи как абсолютно безопасной. Поскольку не испытывала к Захару ничего особенного, да и он, по всей видимости, относился к ней не слишком трепетно.
– Помнишь, что случилось с Пашей Локтевым, моим сокурсником?
– Пропавший парнишка? Так это когда было?
– А с Лешей Самсоновым?
– Настя, ну не начинай все сначала. Твои бабки рассказывали мне леденящую душу историю, но меня это, знаешь, как-то не взволновало.
– А зря. – Настя решила избавиться от Захара во что бы то ни стало. – В моего очередного любовника только что стреляли из пистолета.
– Интересно, – язвительно усмехнулся Захар, – почему это меня обошло твое знаменитое проклятие? Ведь мы были вместе очень долго. Так почему, а?
– Оно грозит только искренне влюбленным мужчинам. – В голосе Насти прозвучала едва уловимая ирония.
Она поднялась из-за стола, и Захар тотчас же вскочил следом. Сделал шаг и, властным движением взяв ее за подбородок, заставил поглядеть себе прямо в глаза.
– Выходит, ты не веришь, что я без ума от тебя? Тебе нужны доказательства?
– Захар, я тебя умоляю…
Было заметно, что она не только не боится его, но и ни капельки не взволнована.
– Что я должен сделать, чтобы ты поверила в силу моих чувств? – спросил Захар.
У него был такой глубокий, такой сосредоточенный взгляд, что ехидные смешинки в Настиных глазах помимо ее воли погасли.
– Нет, Захар, пожалуйста, не начинай все сначала! Я не хочу. Я вообще не хочу сейчас никаких взаимоотношений. Ни с кем.
– А этот Станислав? Который приезжал за тобой в офис…
– Это просто знакомый. Просто знакомый, отпусти.
Он вздохнул и снова опустился на стул.
– Сядь, – попросил он.
Настя давно не видела Захара таким серьезным. От самого затылка по ее спине начал медленно сползать холодок.
– Не надо!
– Что за крик отчаяния? Ты боишься за меня? Неужели?
– Захар, я не хочу сейчас выяснять отношения! Мой последний любовник лежит в реанимации, и неизвестно, выживет ли вообще.
Она хотела добавить «может быть, позже», но тут же прикусила язык. Это было бы почти что приглашением подождать. Почти согласием.
– Детка, да ты совсем вымотана. Я только сейчас понял… Ты продолжаешь жить в своем выдуманном мире, под гнетом этой идиотской истории…
– Не надо меня утешать, Захар!
– А кто, кто тебя утешит? Есть такой человек, которому ты можешь уронить голову на грудь и выплакаться?
– Я не хочу плакать. И не хочу ронять голову на грудь никакому мужчине.
– Что ж, ты думаешь, эта твоя вертихвостка Светочка поддержит тебя? Да она ведьма. Она завидует тебе черной завистью.
– Что ты несешь? Ну, чего ей мне завидовать, когда по сравнению со мной ее жизнь состоялась? У нее есть все – муж, сын, любовник… Наверняка есть любовник, хотя я об этом ничего не знаю… Куча поклонников… Она не может мне завидовать.
– Вот дурочка. Ты совсем не знаешь женщин.
– Я сама женщина.
– Ты из особой породы. Ты – настоящая женщина. Поэтому не понимаешь всех этих сучек, готовых продаться и продать все – дружбу, любовь, мужчину… все.
– Вижу, ты не слишком высокого мнения о моей подруге.
– Ты не видишь их лицемерия, зависти, подлости…
– Все понятно, я – святая. Но почему ты так накинулся на Светку?
– Когда мы с тобой еще были вместе, она водила вокруг меня хороводы.
– Ха. Да она всем строит глазки, а то я не знаю. Это даже не смешно, Захар. Зачем ты пытаешься настроить меня против подруги? Думаешь, разозлившись, я рассорюсь с ней и лишусь таким образом единственной поддержки? Я правильно тебя понимаю? А ты тут же подставишь плечо?
Настя снова вскочила на ноги, спровоцировав Захара на очередную атаку. На этот раз он действовал решительнее – схватил ее в охапку и попытался поцеловать.
– Пусти, да ты что? Ты в своем уме?
– Нет. – Захар задыхался. – Я растерял и ум, и остатки здравого смысла. Я больше не хочу притворяться, демонстрировать всем эти глупые заигрывания… Настя, прошу тебя, давай начнем все сначала! На этот раз все будет по-другому, клянусь. Никаких вялотекущих романов. Мы сразу поженимся, ты займешь то положение, которого заслуживаешь. Я буду твоим добрым ангелом, Настя…
Телефонный звонок заставил их вздрогнуть. Пронзительный звонок. Потом еще один. И еще. Настя вырвалась, схватила трубку. У нее немного дрожали пальцы.
– Это Стас, – сказали на другом конце провода. – Я вас не разбудил, Анастасия?
– Нет, я уже не спала. – Настя бросила взгляд на Захара.
Он стоял и пристально смотрел на ее губы, вкус которых ему только что снова удалось ощутить.
– Я звоню узнать насчет завтра, договорились с Фокиным?
– Да, я вчера звонила ему. Он, конечно, был немножко удивлен. Но я обещала все объяснить при встрече. Вы приедете? В двенадцать? Степан любит поспать, поэтому раньше не получилось.
– В двенадцать? Отлично. Я буду немного раньше. Ничего? Или, может быть, вы сами любите поваляться в выходной в постели подольше?
– Нет, я встаю непоздно. Приезжайте, когда вам удобно.
– Отлично. Кстати, Анастасия, у вас все в порядке?
– А что? – Она снова взглянула на Захара. У нее внезапно возникло искушение сказать Стасу, что у нее проблемы, и попросить приехать. Вот это был бы финт. Захар полез бы на стенку. А Стас… Стас наверняка примчался бы… Эта мысль ее почему-то необыкновенно смутила.
– Да так, мне показалось, ваш голос… Он дрогнул. Вы одна?
– Да.
Захар напряженно прислушивался к разговору, не отводя глаз от Насти. Он заметил, как она вспыхнула, потом отвернулась, чтобы он не видел ее лица. И ему это не понравилось. Когда трубка легла на рычаг, Захар спросил: