Удивительно и непонятно было то, что точилка оставалась на месте. Он специально проверил Ни один винтик не был тронут. Выходит, брильянты не Окуньковых? Тогда чьи?
В понедельник Сургучева действительно вызвали в РОНО и предложили должность директора школы.
-Вы будете первым беспартийным директором в нашем районе. Я сам не сторонник ослабления кадровой политики, но есть директива сверху попробовать в качестве эксперимента. –говорил ответственный работник. -К тому же, так Вам будет легче получить под себя анкету на кандидата в члены КПСС. Я всё понимаю. Вы, конечно же, хотите вступить в ряды. Какая без членства карьера? Но для интеллигенции это сейчас трудновато. Если бы Вы, к примеру, на заводе трудились, или в армии служили. Так что, благодарите товарища Квадропахина. Это он Вас рекомендовал. Дал высокие оценки Вашим качествам, как педагога, так и гражданина. Мы-то его хотели назначить. Он проходит по всем параметрам. Но товарищ Квадропахин по личным обстоятельствам вынужден уволиться из школы. Так что, в добрый путь, Валерий Николаевич! Или хотите ещё подумать? Решение серьёзное. Я Вас понимаю.
Сургучев попросил сутки на раздумье.
Придя домой, Сургучев позвонил маме.
-Дождалась! –радостно воскликнула она. –Мой сын будет директором школы! Я-то всю жизнь мечтала, но назначали только мужчин. Как я рада! Как горда за тебя! Мой сын директор школы!
После такой реакции матери Сургучев уже не мог не принять это предложение.
Ольга Олеговна отсутствовала целый день, и Сургучев надеялся, что она вообще не появится. Бог и ним с ключом. Сделает новый. Но Окунькова вернулась к полуночи, разбудив его. Она была трезва и воодушевлена.
-Есть зацепочка. Если сработает – отобью Сережку! –радостно сообщила Ольга Олеговна, доставая из сумки две бутылки бренди. –И даже в «Березку» успела заскочить. Не водку же с портвешом пить из ваших-наших магазинов.
-Какая разница. –спросонья отвечал Сургучев.
-Большая. Знаешь, алкоголь алкоголю рознь. Степень очистки от сивушных масел важна. Лично видела, как человек ослеп от самогона. Давай, за Сережу. –приговаривала она, разливая бренди по стаканам. -Чтоб всё получилось.
-У меня завтра в восемь утра уроки в школе. Я не могу ночью пить.
-А мы не много. Бутылочку усидим и баиньки. Сделай хотя бы вид, что пьешь. Держи пустой стакан.
Они, вернее она одна, быстро выполнила намеченное и, скинув с себя джинсовые доспехи, с визгом «Чур я у стеночки!», перепрыгнула через Сургучева, и легла между ним и стенкой.
-Ну! Давай по пырому! Туда-сюда! Мне нужна разрядка. Весь день на нервах!
Сургучева и не надо было особо упрашивать. Всё в Ольге Олеговне ему нравилась. И боевой характер, и эффектная яркая внешность.
-А как же Сергей? Это же измена.
-Во-первых, а чем мы вчера с тобой занимались? А во-вторых, я же не спрашиваю его разрешения сходить в туалет. Это похоже. Меня постоянно распирает половое желание. И Сережа понимает это, потому что я – жертва спортивной медицины. Когда я была в большом спорте, нас принуждали принимать какие-то таблетки и что-то ещё постоянно кололи в ноги. С тех пор похоть просто мучает меня. Что делать? Я взорвусь. И потом, в других цивилизованных странах, а мы много где жили, например, в Швеции, этот вопрос решен разумно. Ты знаешь, что такое шведская семья? Это, когда много людей живут вместе.
-Как в коммунальной квартире?
-В сексуальной коммунальной квартире. Всё наружу. Все открыты.
-И в чем кайф?
-Как в чем? –удивилась Ольга Олеговна. -В количестве доступного секса.
Сургучев помолчал с полминуты, представляя себе жизнь в сексуальной коммунальной квартире.
-Ты член партии? –спросил он.
-У тебя необычный ход мысли. А как ты думаешь?
-Мне предлагают вступить.
-Вступай, конечно, вступай. Без члена тут– никуда не продвинешься.
-Но я и не хочу такой рабской карьеры. Я хочу иметь свой бизнес, свой источник дохода и свободно заниматься наукой. Мне надоела школа! Знаешь, в РОНО мне только что предложили должность директора школы. А я хочу независимо зарабатывать деньги, чтобы ставить независимые научные эксперименты, как Тесла. Я хочу проникнуть в тайны природы. Мы и сотой доли процента не знаем об окружающем нас мире. А работа в школе – пустая нервотрёпка и бессмысленная бюрократия. Если я соглашусь на должность директора, мне придется вступить в партию, и они будут дергать меня за ниточки, как марионетку.
-Хочешь иметь свой независимый бизнес? –глаза Ольги Олеговны прояснились. - Фарцевать, что ли?