Крепко обнимая Леонида, я чувствовала на себе вес его тела, ощущала его запах и трогала подушечками пальцев его кожу, и радовалась, что это реальность, моя реальность. А еще это счастье, самое настоящее счастье с примесью никогда не испытанного ранее удовольствия. И даже короткая боль, которую я внезапно почувствовала, не смогла вернуть меня на землю. Хотелось, чтобы это ощущение невесомости никогда не заканчивалось…
Но, к сожалению, финал приходит во всем, а в моем случае он слишком сильно ударил по больному — по моим чувствам.
Когда все закончилось, Леня смотрел на меня так, будто бы я была самым низшим существом, одноклеточным, паразитом, от которого не получилось вовремя избавиться. Разве можно так смотреть на людей? Но Филатов — звезда, ему все можно.
На душе сделалось гадко. От этого унизительного взгляда хотелось скрыться, но вместо этого я укуталась в Ленину рубашку и сжалась в комок на противоположном краю дивана, поджав колени к груди, словно побитая собачонка. Филатов молча надел штаны и закурил. Тишина между нами длилась долго. Слишком долго.
— Прости, что сделал тебе больно, — я вздрогнула от этих слов. Наверное, даже терминатор с его стальным механическим голосом сказал бы это выразительней. А тут — никаких эмоций, только слова.
— Не надо, — попросила я, но Леня не услышал.
— Почему ты мне не сказала? — громче начал напирать он.
— Сам разве не понимаешь? — пожала плечами и честно призналась, вкладывая в это признание всю свою любовь, все свои чувства и желания. — Я хотела, чтобы это был именно ты.
— Так нельзя… ты слишком маленькая.
— Зато ты слишком взрослый! — неожиданно для себя я стала говорить резко, с вызовом, лишь бы не заплакать. Не сейчас, не на его глазах.
— Я старше тебя на двадцать лет, — именно этих слов стоило ожидать в первую очередь.
— Двадцать пять, — я поправила его и мысленно подготовилась к очередной лекции о том, почему мы не подходим друг другу. Запредельная радость от случившегося между нами волшебства медленно растворялось, и ее место грубыми толчками заменяло четкое изображение реальности.
— Ты не можешь не понимать, Надя! Ты ведь умная девочка, а то, что произошло между нами — аморально.
— Леня… — я протянула руку, чтобы дотронуться до него, но передумала. Сейчас мои прикосновения только оттолкнут его.
— То, что случилось — это физическое желание, и не более того. Ты захотела почувствовать себя взрослой, а мне нужна была разрядка после фестиваля, — убеждал Филатов скорее себя, чем меня.
— Нет, я осознанно этого хотела! Чтобы это был именно ты, а не кто-то другой!
Никому, даже Лене не позволю пройтись тяжелым кирзовым сапогом по своей мечте и растоптать ее плоской подошвой до основания. Пусть он не надеется, что я поддамся и соглашусь с тем, что все, что только что произошло между нами — это банальная случайность. Нет, я осознанно шла к этому все то время, как маленькой девочкой влюбилась в его голос по радио. И даже если Леня считает иначе — плевать! Я поняла, что в нашем споре нет победителей. Каждый прав в своей иллюзии.
— Скоро ты поймешь, что ошиблась.
— Почему ты называешь мои чувства ошибкой? — забыв о том, что прикрыта лишь одной его рубашкой, я подскочила с дивана и села напротив мужчины, у его ног. — Я хочу быть с тобой, всегда, до конца жизни. И я никогда не была ни в чем так уверена, как в этом, — последние слова почти прошептала, вложив в них все свои больные чувства к этому человеку, хотя уже задворками сознания понимала, что счастливого финала у этой истории не будет.
— Не получится, — сказал как отрезал. — Одевайся, я отвезу тебя на вокзал.
Я послушно оделась, словно сомнамбула, и через полчаса мы уже прощались. Ни слова не сказали друг другу, даже не обнялись, просто стояли рядом, и каждый думал о своем. Уж не знаю, о чем думал Филатов, я хотела научиться его ненавидеть.
Я подарила ему себя, свою девственность, отдала доверчиво, не задумываясь, а он просто поиграл мною и выкинул. Он все же смог растоптать мои чувства… надо же, для него это не любовь, а разгулявшиеся гормоны.
Опять вспомнилась героиня «Сумерек». Она ведь тоже по причинам, которые придумал ее любимый вампир, не могла быть рядом с ним, и так же плакала, захлебывалась слезами. И ждала, как Хатико, надеясь на встречу. Нового шанса судьба не даст, а этот я профукала. Стоило оно того? Да, определенно стоило, и своего первого мужчину я не забуду никогда.
Видимо, Леонид подрастерял квалификацию. Эта девочка была девственницей.