- Опять про гармошку? Снисходительно улыбается Надя. – Нормальный у тебя жених. Просто не все пробивные такие, как мой.
- Какую мебель? Интересуется Вера.
- Диван, буфет и шкаф. Больше в комнату не влезет. А вешалку, стол и стулья Ксан Ксаныч сам сделает.
- Небось, с переплатой достали? Живо интересуется Катя.
- Не знаю. Надю такими разговорами не смутить. КсанКсаныч брал – у него и спроси.
- Обязательно спрошу! Горячо заверяет Катя. – Ох и накручу я Сашке завтра хвоста! Нам через два месяца въезжать, а он и ухом не ведет!
- На раскладушке салфеточки постелишь.
Катька аж подскакивает от Тосиной остроты. Зло сверлит ее взглядом, но решает помолчать.
Вера с Надей лукаво переглядываются.
- Тося, как у тебя с учебой? – Интересуется Вера.
« - Опять она за свое!» с тоской думает Тося. И с Илюхой уже сколько раз целовались и на работе называют Анастасией Поликарповной…а уроки все не кончаются.
- Тось, образование получить надо. Сама ведь знаешь.
- Знаю, мам Вер, не переживай.
- Значит, надо меньше надо с Ильей по закоулкам сидеть. Не на второй год же оставаться? А Илья твой никуда не денется.
Видимо, Вера решила своими нравоучениями достать сегодня всех. Тося начала закипать. Вера ей как старшая сестра. Но их с Илюхой лучше не трогать. Не дам!
- Моя учеба – мое лично дело. И прошу меня с Ильей не трогать.
- А если экзамены завалишь? Не сразу поняла Вера.
- И экзамены – мое лично дело. Тося рыкнула так, что до Веры, наконец, дошло. Она испуганно замолчала. Все удивленно уставились на Тосю. И она почувствовала себя взрослой.
Степенно поблагодарив, вышла из-за стола и улеглась на кровать. С учебником.
- Еще шторы купили. Хорошие. Надя сегодня работала массовиком-затейником.
- Посуду будете покупать? Интересовалась Катя.
Вера растерянно молчала, забыв про чай, перебирая на своей этажерке книги и пухлые конверты из заочного. Тося делала вид, что история СССР ее очень интересует.
Когда учебник чуть было не упал почти задремавшей Тосе на лицо, в комнату «вплыла» Анфиса.
- Садись с нами, Фис. Чай горячий.
- Не буду. Сладкое на ночь вредно.
- А чего тебе бояться? Фигура у тебя и так отличная. Недоумевает Катя.
- Вот потому она у меня и отличная, что не увлекаюсь на ночь вареньем с конфетами.
- Да кто бы говорил! У самой вся тумбочка сладким забита! У нас труд физический – не унималась Катя. Не у всех образование есть в конторе сидеть.
- А ты получи образование и узнаешь, что сладкое на ночь вредно. И без конторы.
- Сидеть на коммутаторе много ума не надо! И образования тоже!
- Хватит! Надежда грохнула на плиту чайник. Анфиса не хочешь чай – не заставляем. Много чести.
- Анфиска! Удивлялась Тося, отложив учебник: - что на тебя сегодня нашло? Ты же вон на субботнике вроде бы нормальная была..
- А ты мне еще воскресник вспомни. Зло отрезала Анфиса.
- Не зря Илюха говорил, что злая ты – видно, не меняются люди, прав он.
- Да, не меняются. Илюха с половиной девчонок в поселке любовь крутил. Думаешь, если с тобой гулять начал – остальная любовь кончилась?
В наступившей тишине, задрав нос, Анфиса прошествовала к своей кровати. Не спеша стала раздеваться, напевая что-то, повернувшись спиной.
У ошарашенной Тоси на глазах показались слезы.
- Не слушай ее, Тося! Злость впереди нее родилась! Опять ты за свое, Анфиса! Возмущалась Катя.
- Ну, что тебе неймется? Живешь как королева, ухажеры толпами бегают. Жених вон начальник... Ну почему ты злая такая? Вторила ей Вера.
- Не злая, а принципиальная. Не лезьте ко мне, и я к вам не полезу.
- А с кем тогда останешься? Когда все отстанут?
- Сама с собой. «Припечатала» Анфиса Надин сарказм и, забрав полотенце, вышла из комнаты, давая понять, что разговор окончен.