— Каркаров убит Пожирателями смерти как предатель, Дурмштранг наполовину разрушен, все инициировано Волдемортом, следующая цель, видимо, Хогвартс.
Гермиона бледнеет и прислоняется к Рону, глядя на меня с откровенным страхом:
— Началось?
— Да почему началось, — горько улыбаюсь я, — для меня и не заканчивалось.
Они машинально обнимаются, теснее прижимаясь друг к другу, и я не выдерживаю. Срываюсь с места и кидаюсь прочь, не понимая, куда бегу, ничего не видя перед собой, пока не замечаю, что ноги несут меня к лестнице, ведущей в подземелья.
«Мы не будем делать этого чаще, чем необходимо». Мне совершенно необходимо. Только увидеть его. Прямо сейчас. Я должен его увидеть!
Сумасшедшее сердцебиение перекрывает внешние звуки, и я не сразу понимаю, что на мой стук в дверь его кабинета никто не отзывается. Я в отчаянии дергаю ручку. Ничего.
Я кусаю губы, не решаясь вынуть палочку и произнести пароль. Если он там, он убьет меня за вторжение. Ну и пусть убьет. А если его там нет?
Я снова стучу, кулаками, коленями, плевать, что меня могут увидеть, услышать, не имеет значения.
Ничего. Тишина.
Я не произношу пароля. Наверное, только потому, что вряд ли у Снейпа один и тот же пароль к кабинету и личным комнатам.
Кстати о личных комнатах…
Зачем тебе туда, Гарри?
Я хочу, чтобы он посмотрел на меня. Чтобы высмеял. Чтобы мне вновь показалось, что мои проблемы — лишь плод воображения, на самом деле все не столь страшно. И я не обречен на предстоящее так бесповоротно и так скоро.
Я хочу схватиться за его ладонь и на минуту почувствовать себя младшим и защищенным под его рукой.
Закрыть глаза и услышать: «Вы несобранны, Поттер. Успокойтесь».
— Ocimum sanctum! — мои губы произносят это помимо воли, пока рассудок воюет с эмоциями, и какое счастье, что в коридоре никого нет, когда тяжелая дверь раскрывается навстречу.
Как раз вовремя: из-за поворота доносятся голоса. Я влетаю в гостиную и запираюсь на чеканную серебряную задвижку.
Его нет.
Секунду мне хочется проклясть себя за глупость. Его нет, и он не преминет поинтересоваться, какого черта я забыл здесь в отсутствие хозяина. Ведь охранные заклинания наверняка сообщат о моем визите. Если только Снейп не…
Мысль внезапна и так ужасна, что я торопливо качаю головой, прогоняя ее, а потом осознаю, что подошел к двери, ведущей в спальню. Я прислоняюсь к косяку, глядя на гладкое полированное дерево, потом осторожно толкаю дверь кончиками пальцев. Не заперто; я медленно иду по ковру, гасящему звуки шагов, не снимая на сей раз ботинок. Почему-то кажется, что прикосновение шерстяного ворса к ступням сейчас неуместно, оно может вызвать воспоминания. Нет.
Широкая, идеально застеленная постель, из которой так не хотелось выбираться. Здесь я вчера лишился невинности. Мне в первый раз вообще приходит в голову подумать об этом.
Осталось ощущение правильности происходящего, образов не было, а сейчас они без предупреждения захлестывают меня, заставляя опуститься на колени около кровати, уткнуться лицом в покрывало и переждать, пока перестанут дергаться губы.
Пожалуйста, пусть его отсутствие будет не тем, чего я боюсь. Я хочу еще хоть раз испытать это с ним. Хочу, чтобы он произнес мое имя мне в ухо.
Пусть он просто отлучился по делам. И вернется, вернется, теперь, когда Риддл настолько близко, а мне так ясно, что я не хочу умереть. Я хочу жить.
Проходит, должно быть, немало времени, прежде чем я поднимаюсь на ноги, одергиваю покрывало и покидаю комнаты, предварительно послушав, тихо ли в коридоре. Мне не хочется быть застигнутым здесь Малфоем, например.
Но мне везет, пусть не там, где хотелось бы. Снейпа я не нашел, на вопрос, зачем искал его, себе не ответил, но и никому из Слизерина на глаза не попался.
* * *
Я долго брожу по опушке Запретного леса, сижу на поваленном дереве, на котором последний раз целовался с Симусом и возвращаюсь в гостиную, когда уже темнеет. Но мне не удается просидеть на месте дольше двадцати минут. Никакой учебник не в силах приковать к себе мое внимание. Полная Дама ворчит вслед, когда я в четвертый раз прошу впустить меня в комнату, а затем вновь выхожу.
Я достаю из сумки захваченную мантию-невидимку и дежурю на пустынной парадной лестнице. Не знаю, чего я жду; может быть, проще было бы спросить у директора напрямую. Так посоветовала бы Гермиона. Но Гермиона и Рон где-то до сих пор гуляют, а спрашивать Дамблдора я ни о чем не собираюсь.
Как я умудрился так спокойно дождаться возвращения Снейпа тогда, в конце апреля? Я был собран и сосредоточен, я даже мог представить, что он не вернется. Сейчас я чувствую лихорадочную дрожь, и способность рассуждать хладнокровно, кажется, навсегда покинула меня.