Он оглядывает меня: волглые джинсы и толстовка холодят тело, я ежусь — и молча поднимает с пола свою мантию. Я ожидал, что он выкажет неудовольствие тем, как мы обошлись с одеждой, но Снейп лишь извлекает палочку и накладывает высушивающее заклинание. Я благодарно киваю.
— Тебе не больно? — безразлично спрашивает он.
Да-да, именно потому, что ему все равно, и интересуется. Я чуть заметно улыбаюсь и мотаю головой.
— Тогда вызови своего домового эльфа, пусть поможет тебе исчезнуть из моих комнат как можно быстрее, — Снейп левитирует свои вещи на кресло.
— Так… сэр… могу я завтра придти? — повторяю я вопрос, на который он не ответил ни да ни нет.
— Если мне не изменяет память, завтра у шестого курса в расписании стоят Высшие Зелья, — отвечает Снейп, — думаю, там мы с вами встретимся.
— А окклюменция? — с чего в моем голосе появилась тревожная нотка?
— Вам скоро не будут требоваться эти занятия, Поттер, — Снейп разжигает в камине огонь, и на его лицо ложатся четкие тени. Взгляда становится не разобрать, а его голос как всегда ничего не выражает. Я уже привык к полумраку. — Вы научились ставить защиту, блокирующую доступ к сознанию. Все, что от вас отныне требуется — поддерживать ее на должном уровне. Могу сказать, что вы проявили сообразительность и талант, самостоятельно додумавшись до заклятия Зеркала. Это говорит о магическом потенциале, который вы бездарно тратите на разные глупости. Вы способны, Поттер. Но чаще всего не хотите.
— Я все равно приду, — упрямо говорю я, — если мне больше не нужна окклюменция, может быть, вы займетесь со мной легилименцией?
Он выглядит удивленным:
— Для чего?
— Чтобы я был во всеоружии, — отвечаю я тихо, отводя глаза, — Вол… Сами-Знаете-Кого что-то давно не было слышно. Я опасаюсь.
— Чего? — спрашивает он резко, подходя ближе. Я отворачиваюсь:
— Всего. Главным образом, что не смогу отразить его, когда от этого будет зависеть жизнь… или жизни.
— Ты уже отражал его, — Снейп берет меня за плечо и поворачивает к огню, — ты смог поставить защиту.
Вместо ответа я беру его правую руку и поднимаю на уровень глаз. Следы зубов сошли с пальцев, но я помню, где они были, и безошибочно прослеживаю ногтем. Потом отпускаю руку и вздыхаю:
— Если бы не вы…
— Если бы не я, ты справился бы в одиночку, Поттер, — он раздраженно хмурится, — откуда такое внезапное малодушие?
Я долго молчу, а потом смотрю на него, не в силах придать взгляду равнодушное выражение. Это вопрос, и Снейп понимает его правильно:
— Ты можешь придти. Но не обещаю, что занятие состоится. Завтра у меня много работы.
— У вас не будет из-за меня неприятностей? — тихо откликаюсь я.
— У меня — из-за вас? — насмешливо фыркает Снейп, — неприятности начались с вашим появлением на свет, так что не стоят упоминания.
— Я имею в виду, у директора или профессора МакГонагалл не может возникнуть вопросов? — не сдаюсь я.
— До сих пор не возникало. И я полагаю, что смогу объясниться с коллегами, особенно если вы будете держать язык за зубами. — Я торопливо киваю. — Логичнее поинтересоваться, не потеряют ли вас ваши друзья.
— Нет, — поспешно отвечаю я, и Снейп с подозрением смотрит на меня:
— Поттер, вы идиот?
— Вы не дослушали, — сердито говорю я, — я ничего им не рассказывал. Просто Гермиона… Они с Роном тоже…
— Замечательно. Хогвартсу недоставало только беременных студенток, — обрывает он, тряхнув волосами.
— Да при чем тут беременных! — возмущаюсь я, — они же взрослые люди!
— Поттер, в шестнадцать лет человек взрослым не бывает! — бросает Снейп с досадой.
— А я?
Повисает пауза, во время которой мы смотрим друг другу в глаза. Потом Снейп говорит спокойнее:
— Вы всегда были исключением из правил. Может быть, потому, что слишком часто их нарушали.
Дышать становится легче.
По крайней мере, меня он считает достаточно взрослым, так или нет?
Ага, особенно когда с полуслова понимает, о чем ты собираешься говорить в течение ближайшего часа.
За-ткнись.
— И вообще, почему, если речь заходит о моих друзьях, они идиоты, а если Малфой выбирает между Паркинсон и Буллстроуд, не зная, кого предпочесть на ночь, это нормально? — аргумент в защиту Гриффиндора.
— Оставьте вы мистера Малфоя в покое, — морщится Снейп, — ваша антипатия мне давно известна.
— Но я сам слышал!
— У вас вообще дивная способность слышать то, что не имеет отношения к вашей особе.