Я обреченно поднимаюсь и иду к нему, рассматривая доску, на которой по-прежнему белеет список компонентов эликсира. Не дойдя до стола пары шагов, я останавливаюсь и начинаю изучать древесные узоры под лаком. Я недавно сидел на этом столе.
— Итак, Поттер, я проверил результаты отработки, — начинает Снейп негромко. Я почему-то ожидал, что он скажет совсем не это. Думал, он припомнит мое поведение в последний раз, когда мы имели несчастье видеться, и начнет грозить всевозможными карами.
Я поднимаю голову.
Он смотрит на меня, задумчиво водя пальцем по губам. Прищуренные глаза изучают меня, и я невольно выпрямляюсь. В конце концов, невелико преступление — я лишь помог ему не потерять сознание.
— Да, сэр, — говорю я, чтобы не молчать. Снейп кладет руки на стол и переплетает пальцы. Контраст белых кистей, выглядывающих из безупречных манжет, и черного полированного дерева так разителен, что я уставляюсь на его руки, довольный тем, что наконец нашел, где зафиксировать взгляд. Я вроде бы и не игнорирую его, и не раздражаю разглядыванием. По крайней мере, я на это надеюсь.
— Насколько я понимаю, вы проявили несвойственное вам усердие, Поттер, — продолжает Снейп после небольшой паузы, — и я сообщаю вам, что с отработкой вы справились. Более того, как ни удивительно, вы удержались от искушения залезть в мои собственный шкаф.
Я уже открываю рот, но он не дает мне слова:
— Я проверил охранные заклинания. Они нарушались один раз.
Да, я помню, когда.
— Рассчитываю, что впредь у вас не возникнет желания впустую переводить мои запасы — как показывает сегодняшний урок, вы вполне способны на приличные результаты.
Видимо, это касается испорченного зелья, из-за которого я работал здесь мусорщиком. И все же я удивлен. Он что — похвалил меня? Я смотрю Снейпу в глаза, и он прищуривается. Я торопливо возвращаюсь к разглядыванию его рук.
— Однако мне любопытно вот что, — его голос приобретает следовательские интонации, — когда вы должны были явиться в первый вечер моего отсутствия, вы проигнорировали отработку. Вы не явились вовсе — так свидетельствуют Следящие чары. Не будете добры объяснить причину, по которой вы пренебрегли моим распоряжением?
Первый вечер…
Вечер, когда он не вернулся в Хогвартс, а я лежал в больничном крыле с повязкой на глазах и дурацким, иррациональным страхом за него.
Я откашливаюсь.
— Я не смог, профессор.
— Почему?
Мне приходит в голову, что он наверняка знает об этом от Дамблдора. Не может не знать, мы ведь оба подверглись нападению. И вполне возможно, что одновременно.
— Я провел тот вечер в больничном крыле, — отвечаю я, чувствуя, как пересыхает во рту.
— Вляпались в очередное приключение? — в голосе Снейпа пренебрежение, но мне кажется, я различаю нотки беспокойства. Я киваю и неожиданно усмехаюсь:
— Можно и так сказать. Мне пришлось объяснять Волдеморту, что ему нечего делать в моей голове.
Замок рук Снейпа размыкается, и он в гневе ударяет кулаком по столу:
— Не именуйте его!
— Извините, — я пожимаю плечами.
— Чем закончилось это… происшествие? — голос Снейпа по-прежнему холоден, но теперь я явственно слышу в нем тревогу.
— Неужели директор вам не рассказал? — я смотрю на него с недоверием. Не может быть.
— Поттер, ответьте на вопрос! — он опирается на локти и наклоняется ко мне. Хотя нас разделяет стол, я невольно делаю шаг назад, столкнувшись с яростным взглядом.
— Ничем, сэр. То есть… мне удалось использовать окклюменцию, — у меня краснеют уши, но я не отвожу взгляда. — Вол… Сами-Знаете-Кто хотел попасть в мои воспоминания, мне так показалось. Но у него не вышло.
Снейп откидывается на спинку кресла и начинает постукивать пальцами по столу, явно погрузившись в размышления. Я пользуюсь этим, чтобы добавить:
— Я провел вечер в госпитале, а на следующий день пошел на отработку, сэр.
— Почему вы оказались в госпитале?
Я теряюсь. Мне вовсе не хочется признаваться, что я неизвестно сколько провалялся в беспамятстве. Хотя… его я недавно тоже почти из обморока вытаскивал.
— Я потерял сознание, — отвечаю я четко, — и у меня были повреждены кровеносные сосуды на лице и в глазах. Я не знаю, почему так произошло.
Снейп коротко кивает.
— Это как раз вполне объяснимо. Для меня загадка, как вам удалось воспользоваться окклюменцией — вы были полной бездарностью на прошлогодних тренировках.
— Я сам не знаю, профессор, — говорю я тихо. Ну же, скажи ему, скажи… другого случая не представится... — Я должен поблагодарить вас. Если бы не ваши уроки…