Уже вечером, погрузившись в чтение учебника по Чарам, я лениво думаю о том, что день прошел удачно. Нам даже посчастливилось не встретить Малфоя и его группу поддержки, хотя раньше мы сталкивались чуть ли не всякий раз, как покидали школу. Вспомнить одну только сценку у Визжащей хижины на третьем курсе.
Мы обошли все магазинчики, зашли к мадам Розмерте, бродили по опушке леса возле деревни, пока у меня не возникло ощущение, что друзья следуют заранее намеченному плану: «Выгулять Гарри как следует». Когда я почувствовал, что ноги вот-вот отвалятся, устроили привал. Гермиона вынула из сумки пушистый носовой платок и трансфигурировала до исходного размера. Оказалось, что это шотландский плед.
Мы повалились на него, уставились в голубое небо, Рон задремал. Гермиона о чем-то глубоко задумалась, и я не беспокоил ее. Мне было очень спокойно — словно в мире нет Волдеморта, пророчеств, угрозы Третьей мировой войны, необходимости занятий окклюменцией…
Интересно, что навело меня на последнюю мысль? Должно быть, плед, ворс которого я машинально гладил кончиками пальцев. Я недавно видел плед наподобие этого. В личных покоях Снейпа.
Но даже это воспоминание не разрушило моего умиротворенного состояния. В голове было пусто — так пусто, как, наверное, требуется при очищении сознания от эмоций.
А потом мы вернулись и смели с тарелок все, что два раза на них накладывали. Не помню, когда я последний раз был так голоден. Впрочем, если учесть, что накануне я почти не ел, это не удивительно.
Я откладываю книгу в сторону и смотрю на часы. Половина двенадцатого. С учетом того, что завтра вечером мне идти к Снейпу, пора ложиться. Мне понадобятся силы — я не тешу себя надеждами, что количество времени, которое я намерен тратить на окклюменцию, быстро перейдет в качество, поэтому я опять приползу от него чуть живой. Как вчера.
Но у меня не так много времени, чтобы заниматься раз в неделю — Мерлин с ними, с экзаменами, Волдеморт гораздо неприятнее.
Мне кажется, он скоро навестит меня.
Как я хочу ошибаться.
Глава 15. Симус Финниган.
— Войдите, — голос из-за двери звучит раздраженно, как будто его обладатель устал от постоянных визитеров. Если учесть, что у него практически никто не бывает, интонацию можно счесть почти доброжелательной. По крайней мере, это не рык. Я открываю дверь, нажав плечом на косяк, чтобы не скрипела, и вхожу в кабинет Зельеварения.
— Добрый вечер, сэр.
Снейп фыркает, не поднимая головы и продолжая что-то писать. На мгновение картина кажется настолько знакомой, что меня посещает ощущение дежа вю — он так же писал что-то в вечер, когда собирался на задание Ордена. Вряд ли это, конечно, второй экземпляр завещания, но мне делается не по себе.
— Сядьте, Поттер, и посидите тихо, — командный тон не оставляет выбора. Я прохожу к первому ряду парт, сажусь, поставив локти домиком, и кладу подбородок на переплетенные пальцы. Минут пять проходит в молчании.
Потом Снейп запечатывает пергамент, произносит короткое имя — я не успеваю понять, чье, и в классе возникает домовой эльф, преданно заглядывающий в глаза Снейпу.
— Башня Рэйвенкло, Диана Перкинс, — произносит тот, эльф кивает и растворяется в воздухе. Я не могу сдержать вздох облегчения.
Снейп тут же разворачивается ко мне:
— В чем дело?
— Ни в чем, — качаю я головой, — просто думал, вы куда-то собираетесь.
Он задумчиво смотрит на меня, и я вдруг понимаю: он понял, о чем я подумал. Сейчас скажет что-нибудь по этому поводу… что-нибудь убийственное, несомненно.
— Поттер, я, конечно, оставлял распоряжения на случай, если мне придется задержаться или не вернуться в Хогвартс, — тянет Снейп, — но, видите ли, я не имею привычки делать этого всякий раз, когда мне приходится отлучаться, так что ваши надежды на мое исчезновение беспочвенны. Я никуда не собираюсь.
Голос насмешлив, но меня не так задевает тон, как слова.
Он что — думает, я надеюсь на его исчезновение — или даже на..?
Я вспыхиваю, вскидываю глаза и замечаю, что он усмехается.
И секундой позже усмехаюсь в ответ. Интересный способ успокоить.
Снейп вскидывает бровь и делает приглашающий жест.
Я киваю и выхожу из-за парты, занимая позицию напротив него.
— Я пришел на занятие, сэр, — произношу я, глядя ему в лицо. Зрительный контакт важен при окклюменции, он сам говорил. Так что неплохо бы выучиться противостоять и взору профессора Зельеварения, а не только его магии.
Снейп кивает и извлекает из складок мантии волшебную палочку:
— Вы упражнялись в очищении сознания?
— Вчера час перед сном, — честно отвечаю я.