Только бы еще не возникало ощущение, что он видит меня насквозь — оно появилось недавно, но, похоже, собирается стать привычным. От этого чувства холодеет под ложечкой, а сердце начинает колотиться быстро-быстро. Что вы видите, сэр? Почему вы мне помогаете?
«Если тебе нравится, когда тебя ебут в жопу…» — раздается в голове совершенно неуместное сейчас шипение Симуса. Безумная мысль… Я моргаю, ощущая подкатывающую дурноту, и не могу отвести от Снейпа взгляда — как птица, завороженная змеей. Тишина между нами становится плотной, я чувствую, как расширяются мои глаза. Сколько мы смотрим друг на друга? Полминуты? Час?
Что-то заполняет мне грудь, мешая дышать, словно воздушный пузырь. Если он такой же… но с чего Финниган это взял?
Он смотрит на меня, не отрываясь, и я знаю откуда-то, что если он наклонит голову — я тоже ее наклоню, если отбросит волосы за спину — я скопирую его жест. Зрачки в зрачки — мне страшно, как перед прыжком с обрыва. А потом я понимаю, что не хочу разрывать этот странный контакт, неважно, почему.
Наверное, что-то от этого понимания отражается в моем лице, потому что Снейп меняется; у него дергается щека, почти неуловимо, но я сейчас вижу с фантастической четкостью, мне кажется, я видел бы его и без очков, и с закрытыми глазами. Я все подмечаю.
В его глазах появляется возмущение моей дерзостью и одновременно… Насмешка? Но она не смертоносна.
— Десять баллов с Гриффиндора за нарушение дисциплины и пререкания с преподавателем, мистер Поттер, — разрывает ватное беззвучие слегка вибрирующий голос.
Пререкания? Я вскидываю брови и смотрю на него… почти весело. Выдержать взгляд — означает пререкаться? Снейп отворачивается, и я успеваю заметить непонятное выражение в темных, как смола, глазах.
Сердце делает следующий удар, я вдыхаю очередную порцию кислорода… Секунда, две, три? Никто не понял. Если точнее, никто ничего не видел.
Я снова хочу улыбнуться, но торопливо прикусываю губу. Нет. Никто не должен… Хватит и того, как ошарашенно смотрит непонимающий Рон.
* * *
— Слушай, ты молодец.
— О чем ты, Гермиона?
— О Симусе, разумеется, — мы идем по тропинке к той небольшой бухте, где я однажды рассказывал им о себе.
— Не понимаю?
— Да ладно, Гарри, — она улыбается, — мне-то можешь не рассказывать, что ты здесь ни при чем. Я еще на Зельеварении все поняла, когда Рон тебе про его «несчастный случай» начал шептать.
Гермиона наклоняется, чтобы сорвать какой-то невзрачный с виду цветок, а мы с Роном потрясенно глядим на ее спину. Когда она выпрямляется, дар речи присутствует только у Рона:
— Что ты имеешь в виду?
Очень хороший вопрос.
— Я имею в виду, что Симус не натыкался в Запретном лесу ни на какого фестрала, — безмятежно говорит наша подруга, растирая шапку цветка в ладонях и с наслаждением зарываясь в них лицом. — Мм… понюхайте, как изумительно пахнет! — она вытягивает пригоршни, и мы поочередно вдыхаем запах свежей горечи. И еще почему-то моря.
— Изумительное растение, лучшее средство от мигрени, — произносит она, вновь зарываясь лицом в ладони и поднимая на нас смеющиеся глаза. Вот это да. А я считал, что никто не узнает.
Я хмурюсь, и Гермиона немедленно берет меня за руку:
— Гарри, это поняла только я, не волнуйся. Даже Рон, как видишь, не в курсе.
— Это уж точно, что Рон не в курсе, — медленно произносит тот, явно обдумывая что-то, — значит, Гарри, ты подрался с Финниганом… Так, что ли?
Я киваю: какой смысл притворяться?
— И так его разукрасил, что к нему никого не пускают? Мерлин всемогущий, как тебе это удалось?
Я пожимаю плечами:
— Сам не знаю. Он вывел меня из себя.
— Ты его что, кулаками бил? — похоже, этот пункт вызывает у Рона наибольшее потрясение.
— Конечно, а чем еще? Не камнями же, — я удивленно смотрю на него.
— Но… есть же палочка!
Точно. Волшебная палочка. Магическая дуэль. Мне и в голову не пришло.
— Рон, — говорит Гермиона сердито, — ты забыл, что дуэли в стенах школы запрещены? На их стычку сбежалось бы ползамка, причем это были бы сплошь преподаватели!
— Да… точно… — видимо, Рон представляет себе лицо МакГонагалл, потому что морщится.
— А потом, — вношу я свою лепту в диалог, — я, Рон, среди магглов вырос. У меня рефлексы магическими до конца никогда не станут. Кулаками оно как-то эмоциональнее получается, особенно когда тебе… яйца прищемят.