— Потрудись объяснить... — дядя все еще слишком боялся, чтобы злиться как следует, но не возмутиться не мог. Гарри быстро пробежал взглядом по строчкам и протянул письмо ему.
— Нет уж, прочитай сам, — дядя отдернул протянутую было руку. Поттер огласил содержимое гнусавым тоном.
«Уважаемый мистер Поттер,
Нам доложили, что вы применили целый ряд заклинаний в двадцать три минуты десятого этим вечером, в маггловской местности в присутствии нескольких магглов.
По статье семидесятой Свода Законов об использовании магии несовершеннолетними вы будете исключены из школы Магии и Волшебства «Хогвартс». Представители Министерства скоро прибудут к вам для уничтожения вашей палочки.
Так как вы были предупреждены перед случившимся, по статье 13 Международного Магического Соглашения о Секретности вы должны присутствовать на дисциплинарном слушании в Министерстве Магии, 12 августа в 9.00 утра.
Всего хорошего,
Мафальда Хопкирк, отдел Незаконного Использования Магии,
Министерство Магии».
Всю эту формулу Гарри отлично знал. Когда-нибудь всех тех, кто подписывал и рассылал ему подобные распоряжение, ждет семь казней египетских, но это подождет.
— И это тебя что, выкинули из этого твоего дурдома? — недоверчиво осведомился Вернон.
— Возможно, — криво улыбнулся Гарри, но тот его не слушал.
— За то, что ты вылечил моего сына? — Вернон начинал краснеть. — За то, что ты в кои-то веки использовал эту свою мумбо-юмбо, чтобы отблагодарить тех, кому так многим обязан?!
— Получается, да, — на Гарри навалилась инфернальная веселость. Извивы в твердокаменной этике дядюшки случались редко, а без солидных сумм в фунтах — и вовсе никогда. Зрелище стоило просмотра.
— Ну так я им этого так не оставлю! — Вернон потряс кулаком у люстры. — Я буду жаловаться. У меня есть знакомый член Палаты Общин, и если они всем этим вашим... министерством будут продолжать дурить...
— Да нет же, дядя Вернон. Это я им этого так не оставлю, — Гарри покачал головой, отчего вид у мистера Дурсля стал немного обескураженный, и пошел открывать очередной сове. Пока он читал торопливую записку от мистера Уизли, Вернон перекладывал наконец Дадли с пола на диван.
Вернулась Петунья, сопровождаемая мрачной тенью в черном и с потертым саквояжиком.
— Поттер, все-таки на вас лежит проклятие, — Снейп переступил порог, осмотрелся и покачал головой. — Только я от тигля отошел, сел, чая налил — а тут у вас опять проблемы.
— Северус, это Вернон, мой муж, — на чистом рефлексе хозяйки представила гостя бледная Петунья, — Вернон, это Северус Снейп, я с ним в начальной школе училась.
— В начальной, значит, школе? — озадаченно переспросил дядя. — Вы, значит, нормальный человек?
Это предположение Снейп серьезно рассмотрел.
— Не думаю, — пожал плечами он. — Ну, мистер Поттер, где пострадавший? Петунья, на всякий случай поставь кипятку. Не пригодится — так хоть выпью нормального кофе. Вернон, не уходите далеко, может понадобиться немного крови.
Тетя с похвальной покладистостью унеслась на кухню. Профессор же натянул извлеченные из сумки перчатки и склонился над спящим Дадли, проводя над его рукой палочкой.
— Так-так, — чуть покивал он, — так. Так. Так, а тут как? Та-ак. Так.
— Ну?! — Вернон отчаянно желал более ясного вывода.
— Расслабьтесь, — Снейп даже не обернулся. Движения палочкой, впрочем, стали резче. — Поттер неплохо почистил рану, хотя к хирургии его допускать рановато. Так, посмотрим...
— Туни, Дадлик будет жить! — заорал Вернон на кухню. Там звонко звякнула о плитку чайная ложечка. — Но... что с его рукой, мистер Снейп?
— Профессор.
— Да, извините, профессор Снейп, — Вернон был почти подобострастен. — Так все-таки? Мой Дадли — спортсмен, и вообще, мальчик еще так молод...
— Вот и я думаю — такой молодой, а уже спортсмен, — Северус осуждающе покачал головой и перешел от болезного Дурсля-младшего к своей безразмерной полевой сумке. — Мистер Дурсль, у нас люди со сломанным позвоночником больше одного матча не пропускают. А этому... Петунья, кофе.
— Да-да, — срывающимся голосом ответила тетя. Снейп же выставил на пол четыре одинаковых пузырька.
— Так вот, этому вашему, за неимением лучшего слова, мальчику надо будет выпивать по одному каждый второй день перед сном. И не нагружать руку хотя бы неделю, — он подумал еще, — и потом найдите ему массажиста, что ли.