— Потом, потом. Гарри, они изменили время слушания! Ох, я уже думала, что не поймаю тебя тут, ты же почти опоздал.
— Во сколько? — мрачно спросил Артур. Сьюзи тут же, чуть зарумянившись, убрала руки — но Гарри, развернувшись к мистеру Уизли, так и стоял, приобняв ее за талию.
— Ой, здравствуйте, мистер Уизли. В восемь, у нас десять минут еще. Я пыталась послать сов и в ваш дом, и в Литтл-Уининг, но они вернулись ни с чем.
— Пойдем, расскажешь по дороге, — Артур попытался было увести подростков к лифту, но оказалось, что оба и так прекрасно знают, где тут и что. — Дамблдора проинформировали?
— В том-то и дело, что нет, — раздосадованно отозвалась Сьюз, — Председателем будет Фадж лично. Дамблдору отправили сову, но... Нам в Большой Судебный Зал, мистер Уизли.
— Понятно, — вздохнул Артур, входя в лифт и колотя по девятке. В лифте уже было более чем достаточно народу — кто-то нес закопченные куски металла, кто-то — коробки с чем-то недружелюбным. Некоторые здоровались с Артуром, но большинство с легким обалдением смотрели на Гарри. Сам же он оглядывал Сьюзен.
Он впервые видел девушку не в школьном и не в торжественном, но Сьюз, кажется, не придавала такое значение разнообразию гардероба. Сегодня она была в обманчиво простой черной мантии — «Твилифт и Тэттинг», похоже; мантия, вроде бы свободная, совершенно очевидно давала понять, что фигура у ее обладательницы уже есть. На этот счет Гарри, впрочем, и так был уверен. Сегодня Сьюзи еще и отказалась от своей обычной косы — темно-рыжая грива, не огненная, но осенняя, свободно лежала на ее плечах. Гарри, игнорируя опасливые взгляды типа с огнедышащим цыпленком, наклонился к ушку девушки.
— Тебе очень здорово с распущенными.
Сьюз краснеть и не подумала — только улыбнулась.
— Значит, в школе так и буду носить. Сегодня просто не успела заплестись за всем этим.
— И к лучшему.
* * *
— Вы едва не опоздали, — проговорил Фадж ледяным голосом.
— Но не опоздал, — в тон ему ответил Поттер. Он стоял перед всем магическим судом, перед почти что полным Визенгамотом и паскудно улыбался. Сколько раз он здесь был — не сосчитать. Два, что ли, раза как подсудимый, с десяток — как обвинитель, трижды — как защитник своих влипших в дерьмо подчиненных и без счету — как свидетель. — Давайте-ка мы уже начнем, раз вам так не терпелось поставить слушание пораньше.
— Не смейте указывать Министерству, что ему делать! — вскинулся Фадж. Гарри показалось, что он услышал знакомое «кхи-кхи».
— Не Министерству, — Гарри не стал заканчивать фразу, лишь шагнул вперед, поклоном приветствуя мадам Боунс. Жаль, Сью осталась за дверью, как и мистер Уизли.
— Итак, — успокоился Фадж, — дисциплинарное слушание от двенадцатого августа тысяча девятьсот девяносто пятого года...
Все было то же. Те же люди — разве только судебным писарем был не Перси, а какой-то престарелый клерк с маггловской фамилией. Те же обвинения — с заменой Патронуса на целую уйму магической мелочи, которой Гарри наскоро латал кузена. Все то же самое — только Дамблдор запаздывал.
— Итак, вы — Гарри Поттер, тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения? — начал Фадж.
Он сказал.
— Вы уже имели предупреждение от Министерства?
Он сказал.
— Понимая, что вы находитесь с магглами, среди магглов и в присутствии магглов?
Он сказал.
— Вы раньше лечили раненых? — вдруг вступила Амелия.
— Немного.
— Но вы вылечили своего кузена успешно?
— Я не дал ему умереть.
Поднялся цепкий шепоток: это была прямая отсылка к нормам о чрезвычайных обстоятельствах. Прямее некуда — Амелия Боунс отчетливо злилась.
— Профессионализм мистера Поттера мы можем обсудить и позже, — Фадж притворился, что реальность не воспринимает. Ну что же, реальность существует сейчас только в протоколе и в вердикте — вердикт огласят сразу, а протокол можно и вычистить. — По мне, чем серьезнее вмешательство, тем опаснее.
— Мистер Фадж, — Гарри поднял голос. «Именно так, не Министр». Он знал, как говорить в этом зале, и теперь отраженный звук наотмашь бил по ушам переднюю скамейку. Простите, мадам Амелия, но ваши спутники этого заслужили. — Не притворяйтесь, что вы ничего не поняли. Я бы хотел воспользоваться своим правом защищать себя.
— Невозможно, мистер Поттер, — раздался знакомый детский голосок. О, вот уж кого ждет интересный год. — Вы несовершеннолетний.
— Однако меня судят полным составом Визенгамота, а в его Принципах такой оговорки нет, мисс, — не мадам, куда ей, — Амбридж.
— С чисто нормативной точки зрения он прав, — констатировала Амелия. — Несовершеннолетних полным составом просто не судят, Министр.