Кого-то ждали. Долго, впрочем, ждать не пришлось: в подвал сошли три разновеликие фигуры в мантиях с поднятыми капюшонами. Снова Квиетус — от каждого из них — и капюшоны опускаются.
Гермиона крепко обнимает Виктора. Седрик пожимает руку Гарри. Флер подмигивает Рону.
— Ладно, все в сборе, — вздохнул Гарри. — Извините, ребята, какао больше нет. Так что давайте сразу к делу. Нас тут двадцать человек ровно, и если уж я кого-то позвал, то потому, что на общем собрании мы кое о чем не договорили.
— Есть такое, — кивнул Джордан. — Меня, веришь, больше интересует Тот-который, чем экзамены. Так что...
— Именно, Ли, именно, — Гарри выпрямился. — Друзья, то, что я сейчас скажу, не для рассказов у камина. Хотя бы пока. Если я ошибусь — я первый напьюсь по этому поводу, но даже мне до такой степени не везет.
— Поттер, будь добр, скажи прямо, — низким, каким-то джазовым голосом проговорила Лора Медли, выходя в проход меж ящиками.
— Скоро война, — отрезал Гарри. Повисло молчание. — Да что там, она уже почти началась, — продолжил он, усаживаясь на все тот же табурет. — Люди... с опытом, — Гарри взглянул в сторону Сьюз, отчетливо намекая, — считают, что вскоре Волдеморт вернется к правильному терроризму. Знаком к началу войны станет массовый побег из Азкабана.
Невилл вздрогнул.
— Гарри, каковы, ну, знаешь, шансы, что он вытащит всех?
— Очень велики, Нев, — покачал головой Поттер. — И да, Лестрейнджей он вытащит почти первыми. Может, раньше Долохова.
Невилл посмотрел на него так, что Гарри отвел глаза.
— Значит, мы встретимся. Все, мне достаточно.
— Мне тоже, — вдруг подал голос Гольдстейн. — Я знаю, что это за фигура такая: моя бабка умерла в Вильненском гетто, и я тут такого, знаешь, не хочу.
— Ну а со мной да Джастином вообще все понятно, — Дин прошелся ладонью по лбу, утирая воображаемый пот. — Магглово отродье хоть на кресте жги. Вот только мы против.
— Ого, — Гарри был как-то даже поражен такой скорой реакцией. — Народ, я еще даже предлагать ничего не начал...
— Так ведь начнешь, — невесело усмехнулся Макмиллан. — И я ведь выслушаю. Моя семья всегда стояла за Дамблдора, и Тому-кому мы — та еще заноза, — гордо проговорил он.
— Ну, я все-таки продолжу, — Гарри закашлялся, и Сьюз подала ему воды в пустой чашке из-под какао. — Спасибо. Так вот, скорее всего, Волдеморт возьмет власть, потому что министерство — это паралитики под управлением идиотов. Почти что сверху донизу.
— Это уж факт, — поморщившись, согласился Седрик. — Я всего пару месяцев там, а уже сыт по горло.
— Еще бы. Что делать, если в каждом отделе соревнуются, кто больше мух за неделю палочкой собьет? — в пространство поведала Луна. — Палочкой, не заклинаниями. Папе рассказывал одноклассник.
— Остается сопротивление, — подытожил Гарри.
— La Resistance? — почти пропела Флер. — Что же, это выбоr сильных духом.
— Поттер, — заговорил вдруг Кевин, — обращаю ваше внимание, что мы, вообще-то, школьники. Ну, кроме некоторых. И я не совсем понимаю, почему мы должны заботиться об этом.
— Потому что мы можем? — мягко сказала Лора, повернувшись к софакультетнику.
— Именно, Лора, именно, — улыбнулся Гарри. — Собственно, Сопротивление пытается ковать Дамблдор. Приличное. Этичное. Мудрое. Состоящее в основном, кстати, из ветеранов. Но...
— ...Инертное, — почти прошептала Сьюз. — Слишком медленное, — подняла она глаза на собравшихся.
— Сопротивление не должно быть медленным, люди! — расхохотался Шимус. — Его ж съедят. Ну, — проговорил он в ответ на взгляды, — так мой кузен Фергус всегда говорил, а ему... ну... вы понимаете, было что рассказать. Он из Южной Армы! — сказал он так, будто это все объясняло.
— Вот и я говорю об этом, — Гарри прошелся перед уже сдвинувшимися в первый ряд слушателями. — Пока я решил обучить народ хоть чему-то, чтоб, если что, не отстали от родителей или прикрыли соседей-магглов. Но вы — другое. Я надеюсь, что каждый из вас может, хочет и готов именно драться, если придет нужда.
— Можем и хотим, но не готовы, — уронил все тем же ровным голосм Энтвистл. — Вам, Поттер, придется гонять нас круче, чем прочих, да и то если у нас есть время.
— Но в принципе — кто-то против? — Гарри обвел подвал взглядом. Каждый, на ком останавливался его взгляд, кивал. Последним тряхнул дредами Ли Джордан.
— Волдеморт против, Гарри, — усмехнулся он, — но мы его в эфир не пустим. Кстати об эфире... мы как-нибудь называемся?
— Да ты знаешь, разные варианты были, — Гарри снял очки, припоминая. — Хотел на французский лад так и остаться Резистансом — вот как Флер произносит. Или можно было обозваться как-нибудь под Дамблдора, скажем, Армией Феникса. Но... решил, что эпика — это все-таки немного не к нам.