Прости, меня опять понесло в сторону. И прости, если я чем-то тебя задела. Просто мне хочется, чтобы ты понимал, что Гермиона, когда у нее доходит до идей, может пугать ничуть не меньше, чем темный лорд. Нет, она милая, но меня здорово радует, что ты в этих делах помягче.
Так, я все никак не перестану. В общем, выбор фильма — за тобой».
Вот тут радостный Поттер наконец отложил перо, запер спальню Коллопортусом — а то мало ли, еще Рон завалится в чаду кутежа — и уснул.
Ох, зря он это сделал...
* * *
Гарри шел по просеке в джунглях — тропка была нахоженная, чистилась недавно, иди да радуйся. Ботинки, разумеется, чуточку вязли во влажной земле, но к этому аврор Поттер уже привык. Вот что его дернуло по тропе ночью — вопрос хороший, но впереди маячил костерок, и его можно было отложить.
К костру Гарри вышел тихо, с палочкой наготове, но рыжий небритый Рон только махнул ему рукой, указывая на вскипевший котелок.
— Вовремя, — он похлопал по бревну рядом, — мы уже тушеночку-то вскрыли.
Гарри присел к костру, грея ноги. Уже как следует натренированные, но уже, кажется, перебитые в парочке мест. Поттер поднял ладонь к щекам, обнаружив густую щетину. Надо же, опять в более-менее взрослом теле; интересно, куда сейчас выкинуло? Огонь разгонял густую лесную тьму — демаскировки авроры не боялись, те, кого стоило тут опасаться, найдут отряд и в темноте.
Напротив сидел третий сотрапезник — маленький, сморщенный и отчетливо коричневый. Со своими длинными седыми усами и сверкающей бликами лысиной был он чем-то похож на киношного учителя боевых искусств и Кричера разом.
Старый Пен, старейшина местного сообщества, переводчик британского корпуса в Камбодже. Интересно, откуда он тут взялся? Насколько Гарри помнил, старик предпочитал не выходить в джунгли, не растравлять ревматизм. Когда-то у него, конечно, была бурная молодость — у кого в Индокитае ее не было, хоть мага, хоть маггла возьми? — но то еще до того, как Лили Эванс вышла замуж.
— ...Так что вот так, — проскрипел Пен, заворачиваясь в верблюжье одеяло. — Тут осталось-то... луна взойдет — сами увидите. Ветер с залива. Облаков не будет. Увидите.
С залива. С Сиамского залива — вспомнил Гарри; значит, сейчас две тысячи второй год, а вокруг не просто так джунгли, а национальный, чтоб его, парк Преа Монивонг. А значит, то, что они должны увидеть вот на той горе... Ага.
— Бокор, — сказал в пламя Гарри.
— Да, — ничуть не удивившись, кивнул Пен. Худая смуглая рука его высунулась из-под одеяла, вытянула палочку к котелку, и миска поплыла к ветхому кхмеру по воздуху. — Несчастное место. Строили магглы. Французы. Отель был, тут курорт. Высоко, красиво, с моря свежо. Не Пномпень.
Рон скривился. Он видел этот Пномпень во всех видах, когда вылавливали городскую агентуру ангкорских культистов. Сам Гарри как-то пропустил его мимо, оставив в памяти только узкие норы меж жестяными домишками да крытый, но поразительно крикливый «новый рынок», а вот Уизли что-то не понравилось активно. Может быть, вороватые обезьяны, а может, игнорирующие Разиллюзионное карманники. Может быть, дети с мотыгами, разбирающие гигантскую свалку на металлолом и не оглядывающиеся даже на дуэлирующих магов.
Как по заказу, взошла луна. Экватор недалеко, и луна была велика и отвратительна — бледно-желтая, как гнойная язва. Вот уж чего в джунглях всегда довольно — так это гнойных язв. Лучи луны осветили стоящий на горе бывший отель — большой коробчатый корпус с пирамидой навесов посередине. Чуть ниже, конечно, есть много всякого — рестораны, в которых обезьяны устраивают ночные вечеринки, увитые лианами и змеями спортивные залы, дорога, сквозь которую давно проросла густая трава — но там, на высокой точке Пном Бокор, с которой видно залив, стоял он один.
Пен тоже глянул вверх — но вернулся к горячей тушенке.
— Французы ушли в сорок седьмом. Я был совсем мал, — он говорил как раз такими фразами, чтобы успевать втиснуть их меж кусками мяса. — Наши купили коробку, через третьи руки. Поставили барьеры. Наняли старых французов. Думали, будет свой Бобатон.
Старик сухо усмехнулся, Рон же и Гарри поглядели на отель Бокор по-новому. Что же, в нищей стране это и правда было самое близкое к Хогвартскому Замку здание, какое можно представить — Ангкор-ват совсем другой, и правят там другие силы.
— Я учился там, — продолжал старый Пен, быстрее двигая палочками над миской и уже не глядя вверх. — Хорошее время. Большая столовая. Приятные учителя. Раз, помню, — кхмер отставил миску и продолжил, уже не торопясь, — собрали нас всех во дворе. Построили в линейки, дали галстуки мальчикам. У меня тоже был. Оказывается, приехал король, — взмах к луне тонкой ладонью. — Нет, не тот, что сейчас, старый. Сианук. Ваш один говорил, что живой еще — и хорошо. Он тогда приехал — в костюме, с улыбкой, все как надо. Нам сказал, что маги-то мы маги, но Камбоджа — и наша тоже, а мы — тоже ее. Да.