Он прошелся у доски так же, как это делал Гарри, прежде чем повернуться и заговорить вновь.
— И последняя — Диана Картер, — Майлз прищурился. — Интересный человек. Неприятный, но интересный. Шестикурсница. Как раз с ней понятно — похоже, Диана надеется разозлить побольше народу и наконец получить парочку вызовов.
— Да мы б с удовольствием, — бросил Рон, — но дуэли запрещены.
— Ее это нимало не волнует. Вы бы видели, как она горевала о закрытии Дуэльного клуба; можете считать, что это у нее вместо квиддича. И можете обходить ее за коридор.
— А вот это вряд ли, — Рон демонстративно провернул палочку в пальцах, прежде чем вбросить назад в поясной чехол. Гарри очень хотел бы знать, кто рассказал рыжему о вестернах.
— Ладно, Майлз, за лекцию спасибо, — кивнул он слизеринцу, возвращающемуся в свой угол. — Итак, господа, раз уж вся эта шайка, кажется, уже начала снимать баллы... начала?
— Минус тридцать пять с нас, — кивнула Гермиона. — Все неоправданно, я проверила.
— Минус двадцать, — прошипела Падма.
— Минус пятнадцать, — мрачно подтвердил Эрни.
— Так вот, раз уж так, — Гарри хрустнул суставами, жест этот, как в народе уже поняли, ничего хорошего не предвещал, — со второго февраля, то есть прямо завтра, я объявляю на всех членов Инквизиторского отряда открытую охоту.
— Значит, сезон открыт, как говорят магглы? А могу я спросить о правилах? — подал голос Кевин.
— Все просто, — Гарри несколькими широкими движениями нарисовал на доске большую белую «I». — В свободное от уроков время и в свободных от свидетелей местах вы будете пробовать на обозначенных целях все то, чему я вас научил.
— Действительно «все», Гарри? — Сьюзи поднялась, аккуратно положив блокнот на подушечку. — Я думаю, тебе стоит объяснить идею получше. Мы все-таки не на войне.
— Но почти, Сьюз, почти, — Поттер был благодушен и улыбчив. — Идея в том, чтобы, с одной стороны, оглушить и зафиксировать цель, а по возможности еще и оттащить жертву в уголок поукромней, а с другой — не попасться в сложной обстановке. В доказательство будете приносить мне значки с формы, — Гарри постучал по доске. — Тот, кто до июля наберет больше всех — Дред, Фордж, фокусы я, если что, засеку — так вот, кто наберет больше всех, получит право на желание. Мои резервы, конечно, небесконечны, но велики, — заключил Гарри, чувствуя себя Санта-Клаусом.
— За увечья, предупреждаю, буду снимать баллы — отрабатывайте чистоту исполнения, — перешел он к мелочам. — За попытки пафосных дуэлей буду снимать еще больше, работайте исподтишка и группами, как на войне. Скрывайте лица, не стесняйтесь отступать — результат пойманного обнуляется. Всем все ясно?
Веселого смеха в зале было много, откровенного ужаса — совсем чуть-чуть.
* * *
После собрания Гарри выловил было Невилла.
— Ну что? Нев, у вас уже сколько занятий прошло, два?
— Три, — Невилл при напоминании о Снейпе немного поежился, но и только.
— Что скажешь? — Гарри, честно говоря, было почти что совестно — сдавать не кого-нибудь, а Лонгботтома, на обучение не кому-нибудь, а Снейпу, было бесчеловечно. Но что делать, лучших вариантов так и не подвернулось.
— Профессор Снейп много разного сказал, — обстоятельно начал Невилл. — Такого, что меня там чуть не вывернуло...
— Ну как обычно, — Поттер покаянно вздохнул.
— ...Но так даже лучше, — не дал себя прервать Невилл. — Он все первое занятие, все два часа, объяснял мне, что будет с вами, если я и тут буду ронять инструменты. Про гангрену рассказал, про сепсис..., — Лонгботтом поежился значительно явственнее. — Я-то думал, что Круцио — это паршиво, а тут, ну, сам знаешь. Наверное. А он...
— Знаю, знаю, не повторяй, — Гарри похлопал соратника по плечу. — И что дальше?
— Так вот, он сказал, что когда я взрывал котлы в классе, он их тушил. А в поле — так он и говорит, «в поле» — никто за мной не приберет. А вместо котла у меня будет девочка в крови, будет хватать меня за руки и звать маму. И вместо мамы придется быть мне.
Лицо Лонгботтома стало явно отливать серым — но губы не дрожали.
— Учить-то начал? Или до сих пор запугивает?
— Ожоги прошли, — теперь Невилл уже улыбался, со спокойной гордостью. — Ты бы видел, как у меня руки тряслись, когда я мазь делал. А оно взяло и получилось. Потому что надо было, чтоб получилось, — щеки Невилла снова стали розовыми, как у годного к армии поросенка, и Гарри успокоился. В крайнем случае будет кому ампутировать.