— Да, конечно. Что произошло, Рита? — Гарри наклонился вперед. — Записка была как-то паническая.
— Поттер, а от чего женщина может впасть в панику? — Скитер усмехнулась как-то невесело. — Я беременна.
Поттер почувствовал, что сумрачный абсурд всех последних полутора лет наконец дошел до пика. Какого вообще черта теперь будет? Нет, он, в общем-то, привык выслушивать подобные новости, три раза доводилось — но, в конце концов, там-то он был уважаемый человек при законной супруге, а тут...
Трясущимися руками он снял очки.
— Э... сочувствую, — это было все, что он смог из себя выдавить, но в одно слово Гарри ухитрился вложить весь отпущенный ему идиотизм.
Рита расхохоталась, безо всяких истерических ноток, от души.
— Успокойся, школьничек. Ты тут не при чем, — махнула рукой она. — Н-да, Гарри, не веришь ты в свою удачу.
— Да, знаешь, всякое бывает, — Поттер почти без перехода из могильно-белого стал огненно-красным и торопливо надел очки. — Тогда, значит...?
— Ну да, — хмыкнула Рита. — Где-то мы с твоим милым крестным недосмотрели. Нет, ну какой стыд... как школьники просто.
— Давно? — кратко поинтересовался Гарри, пытаясь прикинуть, в какие кошмарные дыры в оперативном планировании ему все это встанет.
— Больше месяца, меньше двух, — пожала плечами та. — Возможно, это все рождество.
— Что ж, по крайней мере, в стиле вам не откажешь, — вздохнул Гарри и откинулся на кресло. — Значит, примерно следующий октябрь. Возможно.
Гарри торопливо прикинул. В том маловероятном случае, что все пойдет, как шло, это будет довольно спокойное время — самое начало войны, пока еще точечные покушения. Сберечь бы Амелию и Скримджера, а остальное... впрочем, не сейчас.
— Рита, один простой вопрос, — Гарри сложил ногу на ногу, Рита только сильнее укуталась в плед. — Мерлина ради, о чем ты хотела со мной поговорить? Я, скажем так, не великий помошник во всех этих делах с женским здоровьем. Со мной об этом моя жена-то не говорила, пока она у меня была!
— Не о здоровье уж точно, Поттер, — Рита усмехнулась — снова невесело. — Ты тут единственный циник, кроме Снейпа, а у того свои проблемы, да и не знаю я его особо. Ваши орденские дамы-то известно что посоветуют, для Молли, я смотрю, даже вопроса такого не существует, а я вот думаю...
— Да о чем ты? — Гарри протер виски. Еще только полдень, а ему уже сломали мозг.
— Если свести все к главному, — Рита положила пальцы на виски тем же жестом, — я понятия не имею, говорить ли Сириусу или сразу сделать все тихо.
— Сделать все? — Гарри недоуменно поднял бровь. Потом прищурился. — А.
— Ну да, — Рита поежилась, попыталась запахнуть плед еще сильнее. — А что бы из этой истории вышло хорошего? Послушай, у нас все с ним так же, как было у меня с тобой — ничего серьезного, просто для тела, для удовольствия, — начав говорить, она говорила быстрее, всматриваясь в лицо Гарри, уже вернувшееся к нормальному окрасу. — Разве только мы проводим кучу времени и без постели — ну так живем-то вместе, куда денешься.
— Звучит так, будто вы уже лет пять женаты, — хмыкнул Поттер.
— Может быть, не знаю, — отмахнулась Рита, — никогда ни с кем дольше недели не жила. Но все же, давай не будем себя и друг друга обманывать — мы с ним слишком разные. У вас в Ордене я человек случайный...
— И самый эффективный, — вставил Гарри, — если вот именно в Ордене. Да и твою работу Сириус как раз видит.
— Поттер, перестань говорить как та идиотка, которая в Хогвартсе на пятом курсе внушала мне, что я могу быть, кем захочу, — недовольно прервала его Рита. — Ты, конечно, вырос у магглов, но ты представляешь себе, что такое род Блэк. И кто такая я.
Вот тут Гарри заржал несколько маниакально.
— Я-то знаю. Ты, похоже, не знаешь.
— Ну-ка, ну-ка? — журналистка не могла не сделать стойку на новую информацию — даже теперь.
— Да все просто — нет никакого рода Блэков, только Сириус, поместье, старый эльф и сейф в Гринготтсе, — слова падали легко, как камушки с башни.
Сколько же раз, глядя на Тедди Люпина и на попаленный гобелен, Гарри думал об этом. В этот дом на Гриммо Гарри внес Джинни после свадьбы, тут был зачат и рожден его старший сын, по этим коридором бегало все его семейство и парочка других, но это был не его дом.
— Посмотри, единственный брат Сириуса умер в ту войну, его кузины — все! — замужем, одна бездетна, у другой одна дочь. На что-то еще мог бы претендовать Драко Малфой, но это уже настолько нашему забору двоюродный плетень, что о нем и говорить не стоит. Когда Бродяга умрет...
— Если! — дернулась Рита, Гарри тоже вздрогнул, с некоторым опозданием услышав самого себя. Снова зашептали было голоса из-за арки, но Гарри быстро собрался.