— Ну так и глядите.
Поттер взмахнул палочкой, увеличивая доску. Изменение размеров — самое простое, что есть в трансфигурации, да еще и ультимативный способ скрытно проносить выпивку, так что Гарри знал, что делает.
— Итак! — рубанул он воздух палочкой, выбрасывая из нее короткий сноп искр — торжественности ради. — Номером первым, что неожиданно, пришел у нас Рон Уизли. Пятьдесят три серебряных I в коллекцию.
— Неожиданно? — хмыкнул Рон, переждав затеянные Джонсон бурные аплодисменты.
— Неожиданно, — жестко ответил Гарри. Так, чтобы слышали все. — Рон, я до самого последнего момента ожидал, что баллы с тебя вытрясут. Не Картер, так Амбридж. Ты отличный боец, друг мой, и будешь отличным инструктором, если не будешь наглеть. А ты... начинал.
— Да брось, — хмыкнул рыжий. — Давай так — мне тут раза три объяснили, что слишком наглым быть все-таки не стоит, прежде чем я понял.
— С меня огневиски этому человеку.
— Она не пьет.
— О, — покачал головой Гарри. — Желать-то что будешь?
— Да есть у меня план, — гримаса Уизли заставляла очень, очень серьезно сомневаться в его обещанной осмотрительности. — Но это подождет.
— Ну как хочешь, — Гарри одолевали дурные предчувствия, но слово было сказано, и Рон уже уходил в зал, валяться в лучах восхищения и на коленях Энджи. Надо было продолжать. — Номер два, еще более внезапно, у нас Невилл. Невилл, выходи давай!
— Это необходимо? — уточнил Лонгботтом в тишине. — Первый приз вроде разыграли.
— Разумеется, я ж тебя не смеху ради вызываю, — кивнул Гарри, а Джинни что-то торопливо зашептала Невиллу на ухо. В результате Лонгботтом вышел, краснея, но шагая уже безо всякой неуклюжести. Дуэльный зал не решит твоих проблем, подумал Поттер, но научит нести их проще и скидывать дальше.
— Ну что же, Нев, у тебя сорок девять.
— Это групповые, — пояснил все больше алеющий парень. — Меня и Рон постоянно выводил, и близнецы, и вообще — я же вроде как ничем таким не занят. Так и набралось, сам я себя бы не наградил.
— За то, что запомнил, что я говорил вам про «ходить группой»? — вопросил Гарри, в сторону заметив, — Тут, кстати, Рон тоже молодец. Или за то, что ни разу не попался, когда Картер накрыла даже братьев Уизли? Или, может быть, за то, что при этом твоем «ничем таким не занят» успеваешь еще и с... нашей особой программой? Иди ты, Невилл, к пикси и давай свое желание.
Лонгботтом был спокоен — ушло смущение, да и похвалы не произвели на него обычного действия — а то бы он уже куда-нибудь сбежал. Это было бы хорошо, конечно, но спокойствие Невилла чуть отдавало кладбищем.
— Вот что, Гарри, — проговорил он тихо, ученикам пришлось даже перестать галдеть, чтобы узнать, что же такого надумал тихий гриффиндорец, — отдай мне Лестрейнджей.
— Ну, это от меня не так уж и зависит, — осторожно начал Поттер. Все же это было общее собрание Класса — к войне были тут готовы не все. Да и тишина стала куда как глубже — дети поняли всю недетскость просьбы.
— Хотя бы одного, — Невилл смотрел на Гарри, не отрываясь, чуть прищурившись. Надо было ответить серьезно, именно сейчас.
— Дотянешься — твои, — он хлопнул Невилла по плечу. Как когда-то давно, в афганских горах или в джунглях, перед штурмом, обещая своим в случае чего вынести тело.
Джинни сидела прямо, свечкой, и смотрела только на Невилла. И чудесно.
— Так! — хлопнул в ладони Поттер, ломая тишину. — У нас еще не все. Третье место с тридцатью семью имеет Шимус, четвертое — ого, Зак Смит! Тридцать два, молодец, что сказать. А пятое... Гермиона, ради всего святого, ты-то чего? Двадцать шесть. Однако.
— Скажем так, Гарри, — мило, но как-то жаляще улыбнулась Грейнджер, — я их не люблю. А если я кого-то не люблю, то не люблю качественно.
— Сильно, — только и оставалось сказать Поттеру. — Ладно, вас, ребята, я премирую попроще.
Сьюзи поднялась, подавая занесенный недавно Ромни тючок — а уже из него появились три кошелька.
— Пятьдесят галеонов, Шимус. Порадуй, что ли, маму. Двадцать пять мистеру Смиту, все для жульнических спекуляций. Десять Гермионе — книжку себе сама подберешь, а то я бы не угадал.
Раздав кошельки, он распустил народ. С ним остался только Рон — но после того, как Удивительный Уизли изложил свое желание, Гарри пришлось послать Добби за Невиллом и близнецами. И не только.
* * *
Театр в магическом мире, сказать по правде, не прижился. Слишком мало крови, нет соревновательного момента, да и драматурги... ну, тут то же самое, что и с литературой: статут сказался на культуре не лучшим образом. Драматический кружок в Хогвартсе влачил жалкое существование, не имея даже постоянного места репетиций. Ставили, кончено, маггловские пьесы, которые достатутного времени, но и там не слава Мерлину — до Гарри доносились слухи о каком-то феерическом пожаре прямо на постановке, но он всегда был слишком ленив для подробностей. А вот к другому бедствию с театром он когда-то имел прямое отношение.