— Есть такое.
— Тем проще — даже править не буду. Хотя и настроения править, честно тебе сказать, особого нет.
— Что, гестозы пошли?
— Сколько, говоришь, у тебя детей?
* * *
И наконец, в совершенно новом месте, сильно позже.
С хозяином этой лондонской квартирки Гарри свел Диггори. Седрик действительно не спал на работе, обрастал знакомствами — честный, общительный, нежадный и приятный парень не испытывал с этим решительно никакого труда. К его чести можно было сказать и то, что на своем магтранспортном отделе Седрик совершенно не замыкался. Конкретно этот контакт принадлежал к отделу Магических популяций.
Неудивительно. С такой-то семьей.
Рольф Скамандр, еще совсем молодой, но уже даже издали знакомый, изрядно нервничал, принимая у себя опального школьника. Махнул рукой на старый, но совершенно не продавленный диван, сам уселся на стул перед ним.
— Мистер Поттер, давайте с самого начала. Я человек от политики далекий — буквально далекий, и сейчас бы из Анд не возвращался. Но Седрик был достаточно убедителен — Министерство и впрямь слишком много на себя берет. Мой дед...
— Поверьте, я читал господина Скамандра,
— По крайней мере, вы неленивы. Так вот, он сказал, когда все это началось, что любой лишний контроль только сломает нам всю систему — и надзора за популяциями, и как бы не сам биобаланс. Сегодня чиновники — завтра увеличение квот на драконью кожу, — он поморщился.
— Здраво, очень здраво, — покивал Поттер, — кстати, не хотите написать об этом статью, пока вы в Англии?
— Возможно, позже, — явно привычно согласился Рольф, но тут же сдвинул богатые брови. — Но вы ведь здесь не за этим?
— Да, вы правы, — Гарри оставалось только кивнуть. — Я бы хотел, чтобы где-то в ближайший месяц вы пошли на небольшое должностное преступление.
— Значит, так, если и вам тоже понадобился дракон или зверь еще реже, то можете идти, — Скамандр снова поморщился, явно разочарованно.
— Нет, спасибо, — хмыкнул Гарри. — Гораздо меньше. У вас, как у старшего сотрудника, должны быть ключи от грузового входа в заброшенной автомастерской, через улицу от нашей любимой будочки. Я прав?
Вход этот Гарри знал. Животное — особенно крупное и от этого по-настоящему опасное — не протащишь через телефонную будку, туалет, а иногда даже через камин — уменьшать живую материю, особенно настолько волшебную, все же не рекомендуется. А необходимость такая у Отдела Магических Популяций бывала, ох бывала. Так что пришлось отстраивать настоящий полноразмерный проход — и открывать его как можно реже. Что не отменяло того факта, что втихую через него и артефакты носили, и даже свидетелей.
— Но откуда вы знаете? — поднял кустистые свои брови Рольф. — Хотя понятно, Дамблдор. Конечно, я бы предпочел иметь дело с ним, дед его хоть знает...
— Обстоятельства, — Гарри пожал плечами. — Молодежке приходится как-то уж самой на себя надеяться. И на вас. Рольф, я по некоторым причинам знаю, что вы — честный человек, и клянусь, что ничего бесчестного я в Министерстве не затеваю, ничего красть из него не намерен и документы подчищать не хочу.
— Допустим, я согласен. Но как вы пройдете дальше? — Скамандр кивнул, и Гарри достаточно помнил его, чтобы понять — парень согласен уже без «допустим». — Министерство — сложное место для прогулок, не хуже джунглей. А я, уж поверьте, понимаю в джунглях.
— Ничего, господин Скамандр, в этих джунглях понимаю я. Просто держите ключ наготове, ждите письма с домовиком и помните о моей благодарности.
* * *
Одновременно спальня Гриффиндора и кое-что еще.
Вообще-то, Поттер надеялся поспать. Собственно, в последние дни он почти всегда надеялся поспать, но на этот раз он хотя бы был уже при подушке. Но стоило только окончательно перестать думать и отойти из тела в темноту, как стало понятно, что работа на день еще не окончена — на другой стороне тьмы разорялся Волдеморт. Довольный, как валлиец над пудингом.
— Вот, значит, как! Еще немного, и я решу, что Фадж у нас гений. Надо было вешать на него метку еще в ту войну. Вы только вдумайтесь, обезьяны! — теперь Гарри видел холл Малфой-мэнора и опасливо молчащих Упивающихся вокруг стола. Только Снейп стоял перед Лордом на коленях, траурно повесив голову. — Я трачу столько драгоценного времени, пытаясь сделать так, чтобы ваш идиотизм не вредил делу, а этот замечательный человек оборачивает идиотизм своих подчиненных себе на пользу!
Гарри осмотрелся. Да, воинство уже изрядно отъелось после Азкабана, у Долохова, потянувшегося налить себе воды, не тряслись руки, Алекто Кэрроу избавилась от желтизны на коже. Но кое-что было серьезно не в порядке: даже если отвлечься от радостного безумия сразу на обеих сторонах стола — Крауча, Петтигрю и Беллатрикс, похоже, радость господина грела осязаемо — оставался Малфой. Как раз Люциус трясся весь — не слишком заметно, то пальцы, то бровь, то конвульсивно притопывающая нога в дорогом сапоге, но постоянно. Нигде не было видно Нарциссы.