— Какой есть, — безыскусно парировал тот. Сьюзи сидела и наблюдала за невидимым шариком для пинг-понга, что летал между ними двумя. — И верю, замечу, в утвержденные процедуры. Выдайте мне приказ, мадам.
— Но я обращаюсь к вам не как директор, — чуть приглушила звук Амбридж, — но как неравнодушный гражданин, выступающий против оплевывания наших общих святынь?
— Тогда что вы тут делаете? — осведомился зельевар. — Но что не как директор — это отлично, пусть приказ будет от генерального инспектора. Не мне вам объяснять, сколько весит подпись министерского уполномоченного.
Амбридж прищурилась было, но тут же довольно улыбнулась.
— Что же, по крайней мере вы правильно воспринимаете действительность, профессор, и я понимаю ваше почтение перед буквой указа. Ладно, я..., — она заскребла пером по пергаменту. — Предписываю... порцию веритасерума... восемнадцатого... генеральный инспектор... ага!
— Печать, — посмотрел Снейп на документ.
— О, простите уж, она мне недоступна, — Амбридж выглядела почти сконфуженно, поглядела на Сью,но та и так знала, в чем дело. К директорским регалиям жабу так и не допустил Хогвартс. Но Снейп знал, о чем просит.
— Долорес, малую министерскую. Я знаю, что она у вас есть! — Снейп угрожающе сдвинул брови. — То, чем вы пропечатывали представление на увольнение Трелони!
Амбридж, поминутно косясь на юную Боунс, проштамповала документ не глядя, отработанным движением ветерана столов.
— Все, идите за зельем!
— Я профессионал, — хмыкнул Снейп, доставая маленькую склянку прозрачной жидкости. — Ну зачем еще я мог вам понадобиться? Держите. Когда она это примет — начнет болтать без умолку, про все, что знает, вообще про все. Даже если захочет — не остановится, ее начнет тянуть на новые, новые ассоциации, и по цепочке..., — говоря все это, он смотрел на Сьюзи, не отрываясь.
— Прекрасное средство, — кивнула Амбридж. — Я вас не задерживаю.
Снейп ушел, и Сью осталась с псевдодиректрисой наедине.
— Ты прекрасно понимаешь, девочка, что я заставлю тебя выпить это так или иначе, — мелко хихикая, совсем уже другим голосом начала та. — Меня многому учили, на случай, если плохие мальчики и девочки будут чем-то недовольны и начнут плохо себя вести. Но ты ведь послушная девочка? Ты ведь хорошая девочка, Сьюзи?
Этот голос. Паточно-сладкий голос милой маленькой девочки, которой нравится учиться, петь песенки про куколок и смотреть на сбитых на шоссе собак. Сьюзи протянула руку, зная, что его придется слушать еще долго. Получив открытый пузырек и рекомендацию не шутить плохих шуток, которые так неуместны для хорошей послушной деточки, выпила.
Ничего не произошло. Только на языке — легкий привкус вечной водопроводной ржавчины. Да быть не может.
— Ну, рассказывай, деточка, — приняв глубочайшее удивление на лице Сьюзи за начало действия зелья, Амбридж приступила, — значит, твоя тетя собирается свергнуть Верховного Правителя?
— Вы знаете, подобные мысли рано или поздно возникают, наверное, у каждого, — широко улыбаясь, начала Боунс, — разумеется, тети Амелии всегда были определенные идеи по государственному управлению — скажем, политика Министерства здесь не очень удачна, штат раздут за триста процентов больше необходимого, почти как в норвежском Министерстве, а ведь Норвегия заключила свой статут еще не будучи, вообще-то, Норвегией — она тогда была датской. Вот так же вышло с землями в составе Швеции, ну там Финляндией, но Статут, в 1648 году это было, заключался и на «Балтийские земли». И знаете, к чему это привело? Во всей России местные ведьмы еще и не думали скрываться, охоты на ведьм же не было, а как в Санкт-Петербурге — так блюли сразу же прямо в шведских формулировках, довольно жестких, доложу я вам. За все время — только три масштабных нарушения; последний раз в двадцатых, знаменитый Выездной бал ректора Дурмстранга Воланда, но тут и не в самом бале дело. Ему тогда что-то стукнуло давать цирковые представления для магглов, а такого не бывало со времен Калиостро — ну вы подумайте, сегодня преподаватель трансфигурации в Бобатоне, а завтра ярмарочный клоун для дорогой аудитории. Впрочем, в Бобатоне вообще ценили роскошь, вот, например, при Наполеоне...
— Хватит, — квакнула Амбридж. — Так да, или нет?
— Интересный вопрос, им кто только не занимался! Еще у греков...
— Знаешь ли ты вообще что-то о заговоре против Министра Магии? — замахала руками Долорес.
— Конечно! — торжествующе провозгласила Сьюзи. Сегодня был удивительно подходящий день — день СОВ по ее любимой Истории Магии. — Вот, например, в 1874 году состоялся, как сейчас склонна считать историческая наука, успешный заговор аврора Фанч-Стаута, но это есть вопрос дискуссионный. Или вот, например, вспомним заговор против французского позапрошлого министра в рядах аврората... подавленный, конечно, Департаментом Правопорядка, но с кровью. Вы знаете, аврорат вообще опасен, а во Франции он еще и открыто консервативен, так уж вышло — слишком много бойцов из старых семей, слишком сильная внутренняя культура. А вот у нас...