— Ну? Ну? — приободрилась было Амбридж, но Сьюзи беззаботно закончила:
— ...Ничего такого нет.
Долорес задумалась. Снейп ведь предупреждал — ассоциации несут не привыкшую к допросам девчонку куда только можно. Кажется, она и сама видела такое на допросах в Визенгамоте, но можно же как-то... наверное, тщательной формулировкой?
— Итак, Сьюзи, расскажи мне детально, какие именно меры предпринимает Амелия Боунс, чтобы сместить Верховного Правителя Корнелиуса Фаджа? — медленно, четко артикулируя, проговорила она в лицо все так же улыбающейся девочке. Ох и странное у нее выражение — гадость этот ваш веритасерум!
— Ну, во-первых, — обстоятельно заговорила юная Боунс, — это организация выборов, за которую согласно уставу Министерства от пятнадцатого октября 1879 года ответственен Отдел обеспечения магического правопорядка. Во-вторых, она скрупулезно исполняет внутренние и внешние распоряжения Корнелиуса Фаджа по политическому сыску, хотя это и дело аврората, что наносит текущему министру исключительный вред. В-третьих, она существует и уже этим наводит людей на мысли.
— Хватит, — заорала Амбридж. — Где Поттер?
— Вот и я часто думаю, — лицо Сьюзи стало мечтательным, — где он в нашей истории? Какое место ему предстоит занять?
— В вашей истории? — лицо бедной Долорес догнало и перегнало оттенком ее кофточку. — Да нету у вас никакой истории! Откуда у вас, кандальников, история?! Вырежем! Все вырежем! Всех! Ты! Да я все о тебе знаю, непристойная ты девка!
Сьюзи было очень интересно, она-то почему. Но лицо приходилось держать.
— Не думай, я получала исчерпывающие доклады! Это вы! Вы дергаете Поттера за ниточки! Твоя тетка за ниточки, а ты — за прочее! Бесстыдные бабы! С четвертого курса! На всю школу позор! При Дамблдоре что хотите! Но я-то не Дамблдор! Я настоящий директор! Поняли!? Я! Я! Я!!!
Дверь аккуратненько внесло внутрь.
— Настоящему директору, мисс Амбридж, нет необходимости напоминать об этом — наставительно проговорил Поттер, со вскинутой палочкой входя внутрь. За ним топтались гневные ФОБовцы, а еще дальше в коридоре черным парусом реял Снейп. — Да еще и так визгливо. Инкарцеро, что ли.
* * *
Долорес Амбридж гневно сверкала глазами. Гневно — но испуганно. У нее в голове не укладывалось, что можно просто так, без хитрых планов, без обманных выпадов, зайти к министерскому уполномоченному и уложить его носом в стол. Ребята Поттера тоже не очень этим прониклись, но, судя по румянцу и блеску в глазах, идея уже начала овладевать их умами.
Гермиона с улыбкой взмахнула палочкой — и тарелки с котятами взорвались. Секунду Амбридж хлопала глазами, но все же подала голос. Куда тише, чем привыкла.
— Вам это с рук не сойдет. Министр примет меры.
— Нет, Долли, — послышался смешок. Гарри чуть развернул висящую на нем Сьюзи, но даже не подумал ее отстранить. — Это министру это все с рук не сойдет. И Министерству. Все теперь.
— Вы знаете, мадам, — светски продолжил Рон, присев на край стола. — Вы доигрались. Не ту девчонку цепанули, хотя этот бы вас и за Герми б высек, да.
— За каждого из вас, Рон, за каждого, — улыбнулся Гарри. Помедлил и хмыкнул, с чувством огладив Сью по тяжелым рыжим волосам, пропуская их меж пальцев. — Хотя да. Нашла кого к себе таскать.
— Так вы правда!... — раскрыл рот Амбридж. Ненадолго.
— Силенцио, — отмахнулся Гарри. — Сьюзи,ты как вообще?
— Я в порядке, — вот теперь уже юная Боунс покраснела, но руки разжала ой не сразу. — Гарри, я же знала, что ты за мной придешь. Знала, — несколько секунд они смотрели друг на друга, и окажись тут мелкий всевидящий поганец Колин Криви, постер бы вышел неплохой. — Так... я к выставке!
С тем и отбыла. Гарри посмотрел ей вслед, но в поле зрения тут же нарисовался Рон, показывающий два больших пальца. Морда Удивительного Уизли выражала один, но очень ясный жизненный совет, со всеми эмоциональными оттенками выглядящий так: «Трахни её, дурачок!». Гарри предпочел было глядеть на Гермиону, но та смерила Поттера тягостным взглядом, покачала головой и приложила руку ко лбу; тот почувствовал себя так, будто опять завалил Чары. Все, Мерлина мать, внезапно такие опытные...
— Н-да, — покачал головой Гарри, выходя из кабинета и запечатывая дверь. Пусть себе Долорес посидит и подумает. — Ядреная же штука ваш веритасерум, профессор.