— Простите, — очень осторожно проговорил Рон, — извините уж, что спрашиваю, но это важно. Вот вам, Улиа... Юули... Тьфу ты! Джулия, вам вообще Антонин Долохов кто?
Долохова усмехнулась — похоже, произведенный эффект ей нравился.
— По крови — мой двоюродный дед. По факту, как наш с Виктором родной дед нам уже объяснил — никто, — Виктор в стороне только резко кивнул. — Так уж вышло, что в войну Антон Долохов перебежал к Гриндевальду, так семья от него отреклась — а как с ними еще?
Уверенный, живой английский. И этот акцент, будто вдавливающий слова в уши. К Ульяне было трудно не прислушиваться — и как и к Антону Михайловичу Долохову. Причудливо тасуется колода.
— Господа, — мягко сказала Сьюзи, — тут все понятно. У нас тоже Блэки на обоих сторонах — и тоже не очень дружат.
— С нами зато дружат, — разулыбался Рон, — те, какие надо. Ладно, пойдемте уже. До банкета далеко, но мать покормит. Вы ж, наверно, долго летели? — он подал Ульяне руку... чуть дернувшись, когда она ее приняла.
Проходя к фруктовой рощице, где уже стояли ровными рядами тонкие стулья, они миновали еще один валун, пониже и поплоще. На нем по-турецки восседала Джинни, не боясь запачкать платье с низким вырезом, а вокруг прохаживался и под курлыканье Фоукса что-то сосредоточенно нес Невилл. Пришлось срочно отступать, скрываясь в высокой траве.
* * *
Гарри Поттер сидел на золоченом стульчике и маялся дежа вю. Нет, то есть, он много чем маялся. Неизъяснимо хотелось жрать, например.
Кроме того, давило одиночество, что ли — Сьюзи чинно присела с отцом и матерью; Рона усадили в ряду прочих Уизли, сразу перед Джинни; Невилл хоть мог поболтать с Луной — Августу посадили с Боунсами, а Ксенофилиуса ближе к проходу, чем его собственную дочь, так и сомкнулись. Орденским бойцам вообще повезло — их, бездетных и местами неженатых, посадили по другую сторону дорожки одной кучкой; Кингсли, Стерджис Подмор и пришедший в норму Аластор уже болтали, размахивая руками в опасной близости от шляпки Гестии. С ними сидел и Снейп, прямой, как палка.
Скорее всего, за этим скрывался какой-то протокол, и из посадки сторонний наблюдатель мог бы сделать какие-то выводы. Но Гарри это все как шло бы, так и ехало, не коснись его самого. Как член семьи, он сидел в первом ряду и чувствовал, как на него то и дело хоть кто-то, а посматривал. Рядом были только Тонксы, но беспокоить даже на вид усталого Теда разговорами было совестно. Целителя и так заставили тратить выходной на свадьбу вместо сна.
Чуть дальше, у алтаря, мялся и вздыхал в непривычной ему парадной мантии Ремус, которого общими усилиями затолкали в шаферы.
По другую сторону поляны, в задних рядах, выпрямившись и развернув плечи, восседала Эммелина Вэнс — ждала. Подружку невесты под хохот Скитер выбирали из орденских дам жребием, хотя с Эммелиной Рита действительно ладила. Гарри смерил женщину в бело-голубом платье еще одним взглядом и вдруг понял, что она сидит почти в той же позе, что Снейп.
Но дежа вю было совершенно несомненным — близнецы Уизли раздобыли и подвесили над алтарем точно такую же связку золотых воздушных шаров. Такой же лиловой была дорожка. Хагрид сломал стулья тем же самым способом, промахнувшись мимо своего кресла. И даже министерский распорядитель, присланный Амелией, оказался все тем же субъектом с клочковатой шевелюрой. Узок их круг...
Но вот молодожены были совершенно, совершенно другими — им бы обоим, конечно, перед свадьбой в Мунго полежать, ан некогда. Вот Сириус, еле успев, выкатился почти к алтарю, фыркая и взмахивая ушами — видимо, решил, что на четырех бежать быстрее. Впрочем, увидев, что невеста еще не на месте, Бродяга образумился, обратился, поправил выкопанный хозяйственным Кричером пожилой фрак и прошествовал чинно, подмигнув Ремусу. Люпин с явным облегчением занял место подле жениха, делая успокаивающие жесты в сторону распорядителя.
Вовремя. Спустя полминуты скрывшаяся с появлением Блэка Вэнс вернулась, почти по-парадному шагая за левым плечом невесты. У Риты хватило вкуса проигнорировать белое платье как класс — ну какое белое на седьмом месяце? Вместо этого Рита после долгих мук выбора и непрошенных советов остановилась на лавандовом, выбрав, по своей доброй традиции, оттенок поярче. Волосы она распустила, а вот очки надела рабочие, с дикими стразами. Так-так, все же наша стальная колумнистка ищет уверенности где только может.
К алтарю ее вел тщательно начищенный, как фордик в воскресенье, Артур Уизли, на правах хозяина Норы. Общее зрелище было китчевым, но великолепным, как Марди Гра ближе к трем утра. Гарри услышал позади подавленный всхлип, покосился за плечо — да, Молли на всякий случай начала тихонько реветь.