Но никакой экзамен не длится вечно, и Гарри наконец поднялся из-за стола после того, как Амелия Боунс преподнесла племяннице чуть закопченный, но вполне читаемый томик по Реставрации.
— Ну что же, теперь моя очередь, — Поттер потянулся за пазуху за тяжелой коробочкой. — Сьюзи, милая. Ты — лучшее, что случалось со мной за последние, — он осекся, — за последние полтора десятка лет. У меня в жизни не так много постоянства, — вздохнул он. — Чулан вчера, Гриммо сегодня; квиддич раньше, война сейчас. Но я бы очень хотел, чтобы ты осталась со мной хотя бы дольше, чем Волдеморт. И это — тебе.
Он отодвинул стул, заходя за спину покрасневшей, как гриффиндорское знамя, девушки. Открыть крышку, пропустить меж пальцев цепочку, подобрать ей густые волосы и застегнуть на шее замок.
— Однако, молодой человек. Однако, — со значением кивнул Этельред. Амелия протерла монокль, а Эдит внимательно присмотрелась к подвеске на шее дочери. И посмотреть было на что. На убранной мелкими брильянтами основе белого золота в форме веера висела крупной каплей одна барочная жемчужина. Спасибо тебе, Сириус, спасибо, Рита, спасибо, спасибо.
— Так-так-так, — с явным одобрением проговорила Эдит. — А ведь я это видела. Видела уже сфотографированным, хотя и не очень чисто. Это жемчужина из фамильного ожерелья Гонтов, куплена у них в двадцать первом и оправлена в белое золото Сириусом Блэком II с тем, чтобы подарить Мелании Макмиллан на свадьбу с Арктуром Блэком. Надо полагать, потом она перешла к их внуку и вашему опекуну?
— Именно так, леди, — Гарри поклонился. — Сириус и Рита Блэк желают вам всего самого доброго, Сьюзи они знают.
— Мне кажется, нам стоит чуть позже отойти в мой кабинет, мистер Поттер, — буднично и спокойно сказал господин Этельред.
* * *
— ...И что вы хотели сказать, преподнося моей дочери эту вещицу? — осведомился Этельред чуть позже, закрыв дверь кабинета. — Если я правильно подсчитал, то вместе с историей оно весит где-то около пяти тысяч галеонов. Ваш инвестиционный доход за десять лет.
Кабинет господина Боунса производил некое впечатление. Ряды и ряды стеллажей по стенам, напополам с книгами и папками; огромный глобус в углу — очертания континентов выглядели еще немного неуверенными; монументальнейший дубовый стол, за которым Этельред и устроился. Стол был почти полностью засыпан документами, острова чистого дуба окружали лишь лампу, немолодую пишущую машинку и стоящий в углу стола на подставке начищенный конический шлем с личиной . И ведь где-то Гарри такой видел, еще в полузабытой маггловской школе. А над столом...
Еще зайдя и уловив эту вещицу боковым зрением, Гарри удивился было, откуда тут вообще флаг ФОБ. Ан нет — те же цвета, да не тот образ. На алом поле стоял, высунув язык, раскинув крылья и подняв когтистые передние лапы, Белый Дракон.
Гарри все еще смотрел на флаг, но отвечать нужно было быстро.
— А что я мог сделать, господин Этельред? — пожал плечами он. — Свободных денег у меня слишком мало — и мои скромные капиталы, и доходы с состояния Блэков уходят, — Гарри сделал небольшую паузу, — в дело, так или иначе. Предприятие там, экипировка здесь, газета тут, — Этельред покивал, показывая, что ситуация понятна. — С другой стороны, у нас с Сириусом осталось много чего от старых Блэков, как видите, но! — он рассек рукой воздух. — Начни я их продавать, такие драгоценности сразу же опознают и сделают некоторые выводы. Например, те, кто в курсе, зададутся вопросом, на что мне срочно понадобились такие деньги.
Боунс только улыбнулся, положив руку на шлем и медленно его поглаживая. Как пресс-папье.
— А вы не подумали, мистер Поттер, что если Сьюзи ваш подарок куда-то наденет, вопросы тоже возникнут? И прежде всего — о контактах Блэков — вас, я полагаю, считают вместе с ними все, кто, выражаясь вашими словами, не в курсе — со всем нашим добрым семейством. Возможно — зная Амелию — даже о союзе.
— А зачем еще, по-вашему, я сюда вообще пришел? — улыбнулся точно в тон хозяину Гарри. — Со Сьюзи у нас уже давно все сказано.
— Интересно, интересно, — Этельред огладил свою бородку — явно задумавшись. — Ладно, что касается политики, я знаю, вы уже имели разговор с моей дорогой сестрой. Но несколько вопросов есть и у меня. Прежде всего — экономических. Вы вообще знаете, чем я занимаюсь?
— Вы знаете, руки не дошли, — сокрушенно развел руками Гарри.
— За это — не похвалю, — вздохнул Боунс. — Но что поделать. Магглы называют моих почтенных коллег финансовыми аналитиками, но по факту я за некоторые комиссионные берегу карманы некоторых предприимчивых людей от господ гоблинов.