- Присаживайтесь, господин Булат. Давайте разберемся, что между вами вчера произошло, - сказал капитан Корнишин.
- Между мной и этими двумя ровным счетом ничего не происходило, - спокойно ответил я.
- Да ты вчера на меня своих телохранителей натравил! - Гена метал в меня молнии взглядом.
- У меня отродясь не было телохранителей. Я вчера гулял с подругой, а с кем вы подрались, не знаю.
- Я убью тебя! - крикнул Гена. Но Матвеев заслонил меня, и нападающему пришлось вернуться на прежнее место.
- Так! Давайте посмотрим список присутствующих в клубе мужчин на момент вашего пребывания там, - сказал Корнишин, выводя информацию на большой монитор.
- Данные уже у нас? - удивился Матвеев.
- Да, только что получил, - подтвердил Корнишин.
- Вот эти двое, - Гена указал пальцем на вчерашних преследователей Марины.
- Сейчас посмотрим, - Корнишин отключил монитор и в своем компьютере стал изучать информацию об этих ребятах. - Они не местные, из Харькова, спортсмены.
- А я что говорил! Они нас жестко били, как профессионалы, - заметил Гена, довольный, что не просто хулиганы его отметелили.
Я невольно усмехнулся, вспомнив, как хрупкая Марина вмиг уложила этих громил на лопатки.
- Смеешься? Издеваешься? - Гена снова попытался меня достать, но Матвеев не терял бдительности и встал между нами.
- Хорошо, заявление от вас я принял, можете идти, - сказал Корнишин. - Мы во всем разберемся и сообщим о результатах.
Гена пригрозил мне кулаком и с гордо выпяченной грудью ушел вместе с молчаливым дружком.
- Ты проверил камеры наблюдения на заднем дворе ночного клуба? - спросил капитан у присаживающегося за стол Матвеева.
- Не было смысла, вчера все наружные камеры не работали. Интересно только по какой причине?
- Вот по какой, - Корнишин развернул монитор и показал фотографию депутата Верховной Рады. Молодой лейтенант не сдержался и присвистнул. - Теперь он так просто не отделается. Я уже отправил уведомление в отдел по морали и этике.
- На этот раз улики неоспоримые, так что теперь он не будет рассказывать сказки. И с мандатом своим, как пить дать, распрощается. А я еще за него голосовал! Вот как после этого верить политикам?! - Матвеев в сердцах стукнул кулаком по столу.
- А что со мной? - поинтересовался я своей дальнейшей судьбой.
- Ты о чем? - непонимающе посмотрел на меня лейтенант.
- Ну, относительно драки...
- А, об этом. Ты знаешь тех двоих?
- Нет.
- Вопрос закрыт.
- Нет, не закрыт, - сказал Корнишин. - Олег, определи местонахождение этих красавцев и допроси.
- Хорошо. А что с отпечатками пальцев К2?
- Ничего.
- Неужели тетя Маша на этот раз постаралась и добросовестно прибралась?!
- Нет, отпечатков хватает, но чужие руки ни к моему креслу, ни к столу не прикасались.
Дальше каждый из них занялся своей работой, а я тупо убивал время, поглядывая то на полицейских, то на посетителей и задержанных. Не думал, что прозрачные перегородки между помещениями в офисах удобные для работы персонала. Но, как оказалось, офицеров, которые возомнили себя моими телохранителями, абсолютно не беспокоил фоновый шум.
- И что, мне теперь постоянно придется проводить время в участке? - спросил я у обоих полицейских.
- Не волнуйся, с завтрашнего дня будем работать "в полях". Поедем в Белую Церковь допрашивать ребят. Сможешь некоторое время побыть полицейским? Разве не интересно? - подмигнул Матвеев. - Мне кажется, каждый мечтал в детстве хоть раз сыграть роль бесстрашного сыщика, который раскрывает особо сложные преступления и ловит опасных преступников. Разве ты не мечтал?
- Не помню, - искренне признался я.
- Ах да, у копий нет детства, - хмыкнул лейтенант.
- Я не копия! - Из-за злости я так сильно повысил тон, что привлек внимание людей в участке, даже в другом конце помещения, далеко от рабочих мест Матвеева и Корнишина.
В ответ лейтенант лишь приложил палец к губам, призывая снизить тон, чтобы не привлекать внимание к нашей беседе других полицейских.
- Ладно, рабочий день закончился, надо еще заехать домой, взять кое-какие вещички.
- Ты что, ко мне надолго намерен перебраться?
- Как придется.
Матвеева забавляла моя растерянность.
- Это какое-то безумие!
- Если не хочешь, я могу, конечно, переночевать у себя дома...
- Хочу!
- Тогда ты останешься на ночь в камере предварительного заключения ради нашего с капитаном спокойствия, - с показной серьезностью сказал Матвеев.
- У нас и заявление есть от некоего Геннадия как основание для задержания до выяснения обстоятельств, - подыграл напарнику Корнишин.
Понимая, что дальнейший разговор бесполезен, я пошел к выходу, а Матвеев за моей спиной победно дал пять старшему.
Совершив небольшой вояж от полицейского участка к дому лейтенанта и еще заглянув по дороге в магазин, мы, наконец, подъехали к месту моего обитания. Все это время Света поминутно перезванивала, задавая один и тот же вопрос: где я и когда вернусь.
- Ну, наконец! - Света уже приготовилась читать мне нотации, но, увидев Матвеева с чемоданом, забыла о запланированном внушении. - А это кто? И почему он с вещами?
Ранее полицейский у себя дома переоделся в повседневную одежду, так что ничто не выдавало его отношения к блюстителям порядка.
- Долгая история, но пока он поживет здесь.
От возмущения у Светы перехватило дыхание, и она, словно рыба на суше, некоторое время только и делала, что открывала и закрывала рот, глядя, как незваный гость бесцеремонно осматривает квартиру.
- И где я буду спать? - поинтересовался Матвеев после того, как изучил вид из окна.
- Варианта три, - я достал из холодильника воду и заставил обоих подождать продолжения, медленно осушая стакан. - Итак, первый - на коврике в гостиной.
- Это что, шутка? - Света удивленно смотрела то на меня, то на лейтенанта.
- Вариант второй - в гостиной перебраться с коврика на диван или третий - в постели со мной.
- Что?! - вместе возопили Матвеев и Света.
- Двое мужчин в одной постели! - мою бывшую аж передернуло.
- Светик, у меня амнезия. Пока я ничего не вспомню, спать с тобой не буду.
- Со мной не хочешь, а с ним, значит, согласен?!
- Ну, он же не будет ко мне приставать!
Не в силах совладать с нахлынувшей яростью, Света швырнула пустой стакан на пол, и мелкие осколки разлетелись во все стороны. Матвеев подошел к девушке, обнял ее за плечи и, ласково глядя в глаза, погладил по щеке.
- Не волнуйся, я буду спать на диване в гостиной, так что ты спокойно сможешь ночью перебежать в его комнату, - лейтенант подмигнул ей, тем самым окончательно успокоив мою ревнивую подругу.
Не знаю, как бы продолжилась эта сцена, но ее прервал звонок в телефоне Матвеева.
- Да, сестренка... Прости... Я сам не знал... Ну, работа такая... Хорошо... Нет, еще не поел... Хорошо... Обещаю... Да, и перед сном почищу зубы. Пока!
Света так заливисто рассмеялась, что я не смог удержаться и улыбнулся.
- Сколько тебе лет? - спросила она у Матвеева.
- Двадцать восемь.
- А отчитываешься перед сестрой, как перед мамой маленький сын.
- Я поздний ребенок, мама думала, что климакс, а оказалось, беременность. Когда мне исполнилось шесть лет, мамы не стало. Отец умер, когда я еще был в пеленках. Так что сестра воспитывала меня вместе со своими детьми. Хоть она и сестра, но я отношусь к ней как маме.
- Тогда понятно, - Света протянула ему руку. - Как тебя зовут?
- Олег.
- Меня - Света. Ну, вот везет мне с парнем, ладно бы котов и кошек домой тянул, я уже даже на хомячков согласна, так нет, то какую-то девчонку приютит, то друга, извини, притащит.
- Да уж, представляю, какой у тебя ангельский характер, раз все это терпишь.