- Ну, тебе по долгу службы положено рисковать.
- Лаврентий, не принесешь нам кофе? - обратился ко мне лейтенант. - Вам какой, Андрей Михайлович?
- Двойной эспрессо.
- А мне американо, - Матвеев многозначительно посмотрел на меня, и я все понял и без слов.
В автомате я купил лунго и разбавил его горячим шоколадом. Внешне не отличить от эспрессо. Вот эту смесь я и подал Корнишину. Тот выпил ее залпом, увлеченно просматривая информацию.
- И стоило ради видео с камер наблюдения ехать в Одессу? Можно же было удаленно посмотреть, - сказал Матвеев.
- Моего подчиненного ранили, Булата похитили! Думаешь, я мог спокойно сидеть на месте и ждать от вас информации?
- Как знать.
Матвеев достал из кармана упаковку жевательных резинок в пластинках.
- Андрей Михайлович, не хотите жевательную резинку после эспрессо? Мятная, как вы любите, - он протянул пластину псевдо-Корнишину.
Капитан не заметил подвоха и взял угощение. Мы с интересом наблюдали.
- Как вкус? - наконец не выдержал лейтенант.
- Ничего.
- Мятный?
- Да.
Матвеев показал капитану в одной руке обертку от жевательной резинки, на которой изображен арбуз, а в другой - мобильный телефон, по которому шел вызов Корнишину.
- Андрей Михайлович, - обратился он к ответившему на звонок напарнику. - К2 объявился в Одессе. Вас понял... Хорошо.
Матвеев закончил разговор по мобильному и смерил офицера презрительным взглядом.
- Интересно, и кто ты: тень или фантом?
От удивления у К2 расширились глаза. Он попытался встать с места, но Матвеев удержал его, надавив рукой на плечо.
- Тебе уже никуда не надо торопиться. Не стоит привлекать внимания коллег. Предлагаю пойти в комнату для дознаний и спокойно обо всем поговорить. И держи руки так, чтобы я их видел, - для пущей убедительности Матвеев вытащил свой пистолет и обратился ко мне: "Валера, обыщи его".
- Быстро же ты нашел союзника, - глядя на меня исподлобья, сказал К2.
Я обыскал фальшивого полицейского, но оружия при нем не нашел.
- Хорошо, - удовлетворенно кивнул лейтенант и одним рывком поднял самозванца со стула. - Иди в переговорную и даже не думай сбежать!
Копия Конишина беспрекословно следовала указаниям, безвольно опустив плечи. В переговорной он словно воды в рот набрал. Не отвечал ни на один из поставленных Матвеевым вопросов.
- На что ты надеешься? Думаешь, тебя отсюда вытащат? Или, может, хочешь и дальше выдавать себя за капитана Корнишина? Так он через несколько часов будет здесь.
Допытываемый откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и демонстративно уставился на часы.
- Понятно, значит, будем ждать, - констатировал лейтенант.
Он занял зеркальное относительно К2 положение: так же скрестил руки на груди и уставился на визави, как на картину в музее. Не обладая железным терпением и упорством, я быстро устал от их визуальной дуэли.
- Уверен, ты существуешь гораздо дольше, чем я, и видел своего создателя. Скажи только одно: чего мне стоит ожидать от встречи с моим?
К2 переключил внимание на меня, но продолжал молчать. Когда же я отчаялся услышать ответ, лжеполицейский неожиданно заговорил.
- Тебя охватит глубокая всепоглощающая ненависть.
- Почему я буду его ненавидеть?
- Ненависть - это другой способ любить. Ты будешь жаждать его гибели, но в то же время бояться получить желаемое.
- Почему?
- Потому что, когда твой создатель умрет, исчезнут и все его творения.
Это известие было для меня настолько шокирующим, что некоторое время я не мог произнести ни слова, а Матвеев впервые посмотрел на меня с жалостью и состраданием.
Неожиданно вошедший полицейский нарушил нависшую над нами тягостную тишину.
- Лейтенант, тебя к телефону. Это срочно.
- Что там?
Матвеев озадаченно посмотрел на меня и К2, обдумывая, можно ли нас оставить наедине.
- Не знаю точно, что-то с ошибочно кремированными преступниками.
- Сейчас иду.
Полицейский кивнул и скрылся за дверью. Матвеев подошел к задержанному и пристегнул его наручники к столу.
- Идем за мной, - обратился он ко мне.
Мы вышли в коридор, но далеко идти не пришлось, так как лейтенант придержал меня за руку.
- Оставайся с ним и попробуй максимально разговорить. Он знает, что я включил камеру на запись, но все же заговорил с тобой, так что не останавливайся.
- Хорошо.
Я вернулся в комнату для дознаний, а Матвеев отправился к стационарному телефону в общем зале. За время моего отсутствия К2 даже не сменил позы, только продолжал разглядывать часы на стене.
- Чего-то ждешь?
- Скоро я уйду отсюда, а ты, если последуешь за мной, умрешь.
- Думаешь, тебе удастся сбежать? - скептически хмыкнул я. - Сомневаюсь. Даже если тебя прикрывает кто-то в полиции, он не будет рисковать и выдавать себя ради твоего освобождения.
ЛжеКорнишина ничего не ответил, только рот его скривился в подобии улыбки. В допросную вошел Матвеев.
- Так быстро? - удивился я.
- Ложная тревога. Просто уточнили, кто именно вел дело, - Матвеев подошел к К2 и отстегнул от стола наручники. - Я пока определю его в камеру предварительного заключения, а ты подожди меня здесь, надо кое-что обсудить.
Матвеев вывел К2 из комнаты, крепко держа его за руку. Странно было наблюдать за этой сценой. Насколько я знал
,
при конвоировании опасных преступников необходимо избегать близкого контакта, дабы было время среагировать в случае опасного выпада.
Буквально через пару минут дверь открылась, и вошел Матвеев.
- Что-то забыл? - спросил я.
- В смысле? - не понял он вопроса.
- Ну ты же не мог так быстро довести К2 до камеры. Кстати, безопасно его оставлять без присмотра? Кто знает, может у него здесь пособники.
- Ты о чем вообще? - все еще не понимал Матвеев, рассматривая пустое место, где недавно сидел К2.
И тут меня осенило! Не тратя времени на объяснения лейтенанту, я выскочил из комнаты и побежал к выходу. Какой-то полицейский попытался преградить мне дорогу, но Матвеев крикнул, чтобы пропустили. Если бы он этого не сделал, я точно потерял бы из виду копию Корнишина, покидающую полицейский участок. ЛжеКорнишин был невозмутим, но уже на улице, обнаружив погоню, кинулся наутек.
Не знаю, откуда у меня взялись силы для бега со скоростью стайера. Я бежал за К2 квартал за кварталом и не чувствовал усталости. Краем глаза поглядывая на названия улиц, заметил, что беглец сделал круг, но времени на обдумывание его действий не было. Где-то позади послышался звук сирены полицейской машины, значит, Матвеев тоже следует за нами.
ЛжеКорнишин на мгновение остановился, взглянул на часы и резко свернул вправо. Я последовал за ним. Мы пробежали дворами несколько домов и выскочили к проезжей части как раз навстречу полицейскому авто. Послышался визг тормозов. К2 перескочил через капот автомобиля, как спортивного козла, и побежал к зданию какого-то вуза. Я повторил прыжок еще до того, как водитель и Матвеев открыли дверцы машины.
- Валера, не упусти его, - крикнул бегущий за мной Матвеев.
Помимо следующих за мной двух полицейских на перехват К2 выскочили еще несколько служителей правопорядка справа от здания. Беглецу ничего не оставалось, как вбежать внутрь учебного корпуса. На беду в это время толпа студентов покидала вуз, заслонила беглеца, и я потерял его из виду. Как только проход освободился, я шагнул внутрь здания и... очутился на каком-то странном острове.
Сомнений не было, я второй раз переместился в созданный фантазией мир. Но как я в него попал, не имел ни малейшего представления. На этот раз меня угораздило очутиться, пожалуй, в самой страшной игре. Долгое время "Outlast" [11] считали одним из страшнейших ужастиков. Но "Кукольный остров", на котором я, собственно, находился, в разы его превзошел. Прототипом игры стал остров Дона Хулио Сантано, что в нескольких километрах от Мехико. Боясь призрака утонувшей девочки, этот мексиканец приносил ей в дар кукол, пока не превратил свое жилье в свалку старых покрытых мхом и плесенью игрушек.