Понятие “археологическая культура” в исторической науке имеет совершенно определенное значение, связанное прежде всего с местом и временем рассматриваемого памятника. Культура Наски, культура Устюрта, как, впрочем, и другие культуры подобного рода, - достояние не только одной нации. И от того как мы, в свою очередь, будем развивать культуру наших представлений об исчезнувших цивилизациях, которые в застывшей мольбе как бы протягивают нам руки, зависит и взгляд людей на нынешние наши деяния, взгляд поколений, которым предстоит жить через тысячелетия.
Знакомишься с историей открытия и исследования культуры Наски и с тревогой думаешь о том, что может случиться непоправимое: исчезнет и этот последний росчерк. Не так уж много на свете одержимых людей, таких, как немецкий математик Мария Райх, которая сорок лет занимается проблемой Наски.
Кто же заменит эту замечательную подвижницу, продолжит ее изыскания, имеющие теперь мировое значение? Но если панта Наски будет по-прежнему в руках одиночек-археологов, то катастрофы не миновать - современная цивилизация в лице туристов, спортсменов, охотников, праздных и непраздных людей поглотит, сотрет уникальное наследие Наски.
В этом отношении к работам экспедиции Академии наук Узбекистана на территории плато Устюрт можно относиться с заведомым доверием. Археологи по крупицам собирают научный материал, из которого складывается “очертание” таинственной культуры. Трудно представить себе сегодня археологическую науку без коллективного творчества - как бы ни был зажигателен труд талантливого одиночки. Известно: чем больше собрано фактического материала, тем больше простора для творческой фантазии ученого, отраженной на очень важной для науки идее.
Нам, конечно, сейчас трудно произносить такие слова и понятия, как “космос”, “мировоззрение”, “общественные формации”, когда пытаемся оникнуть в психологию и характер поведения жителя Наски и Устюрта - слишком грандиозны дистанции между нами, даже по отношению к тем цивилизациям, которые были их современниками. Важно, видимо, уловить: что же нас всех объединяет?
Вот почему я не представляю себе тот же Устюрт без человека-мыслителя… Вот он соскочил с взмыленной лошади, сел у костра и замер в немом восторге от сияния ночи, которое раскошелилось звездами. Он чувствует. И он же думает. Тягуча его мысль, как долгая степная песнь и как стрела - легка.
Пронзает она душу кочевника, и нет покоя-ему от догадки, пока не воплотится она в дело, которое увлекает его народ. И тогда создается великое состояние - культура.
Нам же остается протянуть ей руку.
ВЛАДИМИР ФАЛЕЙ БОГИ ОЛИМПА И ХРОМОСОМЫ
Афина, Афродита, Фемида, Дионис и другие имена древнегреческих богов известны нам со школы. Сюжеты античной мифологии отражены в творчестве многих художников, поэтов, композиторов минувших эпох и нового времени. Мифы греков причудливы. Удивительно, что в порождения необузданной фантазии люди когда-то всерьез верили.
Бог Кронос, вняв предсказанию, что он будет низвергнут кем-то из своих детей, проглатывал каждого появившегося на свет прямого потомка. Но однажды жена его, Рея, спасая новорожденного, дала Кроносу проглотить завернутый в пеленки камень. Так остался жить бог Зевс. Возмужав, Зевс по совету Метиды напоил отца зельем и вывел из утробы уснувшего отца всех проглоченных когда-то сестер и братьев, затем сбросил Кроноса в Тартар и стал верховным правителем богов и людей.
В этой и во множестве других легенд о богах Олимпа, казалось бы, нет ничего, что давало бы пищу для серьезных обобщений. Неужели высокообразованные соотечественники Сократа и Платона, Архимеда, Аристофана и Эсхила всерьез принимали выдумки? Или в мифах этих был какой-то смысл, который нам сейчас непонятен?
Вера в олимпийцев укреплялась на протяжении сотен лет, во многих областях Средиземноморья у нее были свои теоретики и мифотворцы. Если бы мы попытались уяснить “теоретическую”, вернее, теологическую мотивацию христианских обрядов, объяснить первосмысл вероучения только на основе библейских сказаний, скульптурных или иконных изображений Христа, его матери, апостолов, ангелов и т. п., не вникая в трактовку отцов церкви, богословов, то мы бы оказались в плену причудливой фантазии, не более того. Точно так обстоит дело и с богами Олимпа.
Первое, что бросается в глаза в древнегреческом мифотворчестве, - это антропоморфизм. Олицетворение явлений природы, персонификация мысли, одушевление научных категорий.
За многовековую историю Греции создано не менее тысячи богов, героев, титанов, нимф, муз и демонов. Но давайте остановимся на главных божествах. Зевс - бог, олицетворяющий власть. Первая жена его Метида -богиня мышления. Узнав, что от нее родится сын, который будет сильнее его, боясь быть свергнутым своим сыном, как и отец Кронос, Зевс проглатывает беременную супругу. Затем по его просьбе ему раскалывают голову топором, оттуда выходит в полном боевом снаряжении дочь Зевса - богиня мудрости Афина.
Невероятный, фантастический способ рождения Афины поражал воображение, запоминался!
Второй раз Зевс женился на богине справедливости Фемиде.
Богиня памяти Мнемосина родила Зевсу девять муз, в которых легко угадываются положительные эмоции. Геба родила бога войны и разбоя Арея. От Дианы родилась богиня любви Афродита. Майя подарила Зевсу сына-бога, покровителя купцов, торговли и прибыли Гермеса. Сам Гермес произвел на свет бога страха Пана.
Что ни бог, то одна из важнейших свойств Человека! Своеобразный учебник психологии. Гефест - бог физического труда.
Эриннии - богини совести. Гигия - богиня здоровья. Гипнос - бог сна. Дионис - бог праздности и веселья. Хариты - богини красоты. Танатос - бог смерти и т. д.
“Познай себя!” - было написано на храме Аполлона в Дельфах.
Познание фундаментальных свойств человека шло в Древней Греции и через философию, и через мифотворчество. Одно из наиболее совершенных философских учений - стоическое, стремясь выработать принципы воспитания людей неколебимой воли, “бесстрастных”, теоретически делило человека на тело и душу. Выделяло, “например, такие душевные свойства, как дарование, искусство, совершенствование и тому подобное, или такие телесные свойства, как жизнь, здоровье, сила, благосостояние, безущербность, красота и многое другое…” “Душа, по словам стоиков, состоит из восьми частей: это пять чувств, речевая часть, мыслительная часть (она же мысль) и порождающая часть” [Диоген Лаэртский (историк философии конца II - начала III в. н. э.Н о жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М, “Мысль”, 1979,1 с. 299, 302.].
И древнегреческая философия, и олимпийская религия бились над проблемой личности. В жестокой борьбе научных школ, учений, которые осуждались или поддерживались правителями (бывало, что философа казнили или изгоняли!), в наиболее привилегированном положении оказались академия Платона, школа Аристотеля. Платон и Аристотель отвергли многобожие. Модель мира Аристотеля состоит из триединства: бог, материя, форма. Бог - “мыслящее себя мышление”. Все состоит из материи, которая имеет формы. Все в природе последовательно переходит из “материи” в “форму” и обратно. У человека материей является тело, а формой - душа. У человека в отличие от животных душа разумная. Созерцающий разум дает высшее знание.
Простенькая формосодержательная диалектика Аристотеля понравилась христианским богословам, которые резко противопоставили Душу и Тело. Тело - сосуд, а душа зажжена богом.