Утром она протянула Ларисе пачку листов с новыми, написанными за ночь вопросами.
Лариса моргнула голубыми, искусно подведенными глазами:
– Ой, опять что-то новое, Екатерина Сергеевна? А может, начнем по проверенным тестам?
– Это не для студентов, Лариса. Для преподавателя - Оршева Олега Дмитриевича. Подойдешь, попросишь его полчаса посидеть у “Скифа”, скажи, это просьба нашего завлаба - начать с преподавателей. Мою фамилию не называй.
– Ой, а почему, Екатерина Сергеевна?
– Мы с ним учились вместе и когда-то поспорили, возможно ли вернуть память.
– Па-нятно! - заговорщицки подмигнула Лариса и, плавно покачиваясь - под манекенщицу, - поплыла к двери.
Катя ждала, пока Лариса внесет в “Скиф” новую информацию - тексты на древнерусском языке, сообщения латинских авторов о скифах, их образе жизни и войнах, материалы последних раскопок скифских курганов и выписки из тех сорока томов записок археологического общества, что когда-то делала для Олега.
Сидя в соседней комнате, Катя слышала, как вошедший Оршев спрашивал Ларису:
– Ну, так что же это такое - тесты первого ряда, тесты второго ряда?
– Первого - как именно воспринимает мозг испытуемого, второго - что именно представляет при этом. Тесты не главное. Главное - наш прибор. Он улавливает работу мозга; ход ваших мыслей и фиксирует их путь по лабиринтам мозга. Эту запись он в виде сигналов подает на магнитофонное устройство. Мы расшифровываем его и даем вам прослушать, и то, что ваш мозг знал, но скрывал от вашего сознания, становится известным! Просто вы слушаете звуки, которые уловил “Скиф” - они похожи на музыку.
– Вот какое чудовище, оказывается, наш мозг! - рассмеялся Олег. - Значит, он скрывает от нас то, что знает?
– Представьте, да, - обиделась Лариса. - Убедитесь сами. Садитесь вот сюда. Вы попадаете в биополе, “Скифа”. Полчаса полного молчания.
Катя слышала, как хлопнула дверь за Ларисой, как невесело вздохнул Олег, как раздались первые сигналы “Скифа” - тонкие писки - это пошли на экране “тесты первого ряда” - обычные вопросы, обращаемые ко всем испытуемым - знаки нотного стана, стихи и слова песен - малоизвестных и популярных, слова иностранного языка (английского, который учил Олег), законы физические и химические. Катя представляла, как с усмешкой смотрит Олег на экран, считая эксперимент пустой забавой, и действительно засомневалась: да полно, так ли уж велики ее успехи? Ну, Мефодий Ильич - тут “Скиф” лишь ускорил выздоровление, уже начавшееся с появлением Саввы Орлова. Но то медицинский случай. А вот успешный опыт со студентом, который после эксперимента, слушая музыкальную композицию “Скифа”, стал вдруг сбивчиво и нервно говорить о французах, о Наполеоне, о Денисе Давыдове и даже читать стихи лихого гусара, которые до того никогда не знал, - успешный ли? Ведь позже выяснилось, что испытуемый знал, что его предки действительно принимали участие в Отечественной войне 12-го года? Ведь почему-то многие испытуемые отказывались признаться, вспомнили они что-нибудь или нет. Один даже возмутился: - Что я - сумасшедший, рассказывать вам всякую чушь?
Нет и нет!
Потому и решено было провести эксперимент среди будущих археологов. Их мозг работает целенаправленно - в глубь веков.
Сигналы “Скифа” стали тише, пошли тесты второго ряда: что представляет испытуемый при вопросе… Где-то среди карточек есть и особая - специально для Олега - обложка одного из томов “Записок археологического общества губернского города Т.” за 1840-1860 годы и выписки.
Совсем тихие, еле слышимые только ее тренированным ухом сигналы подает “Скиф”, пошли самые трудные задания - старославянские тексты, таблички на венедском языке.
Но что это? Сигналы убыстрились. Тревожные и громкие, они стали похожи на сирену. Такого не бывало со “Скифом”! Катя выбежала в коридор, увидела Ларису, сидящую у окна в соседстве с рыжим остряком.
– Лариса! Пойди выясни, что со “Скифом”!
Лариса едва прикоснулась к дверной ручке, как дверь распахнулась, и оттуда вылетел Олег.
– Опыт не кончен! - пыталась удержать его Лариса.
– В другой раз закончим, - отодвинув Ларису, пробормотал Олег и, не поглядев в сторону окна, у которого, сжавшись, стояла Катя, помчался к выходу.